— Полетишь ты, другому нельзя. — Я поводил стволом перед стенками аппарата. — Надурить не получится. И вот тебе первое задание, как заложнику. Убери это стадо подальше, кроме одного, через которого мы переговариваемся.
Скоро должен был явиться Апанасий, и следовало расчистить перед ним поляну, чтобы не напугать.
Ищейки и остальные твари развернулись и потопали в лес.
— Спасибо, — поблагодарил я. — Совместный труд объединяет цивилизации.
Раньше Апанасия появился Трой.
— Гордей, ты как? — спросил он.
— Всё хорошо, общаемся. Плазмоид сказал, что жители посёлка направились в сторону корабля, но туда влезет не более четверти.
— И что делать?
— Ждать остальные корабли.
— Я пойду гляну, не дурит ли он нам башку, — предложил Трой.
— Давай, но будь осторожен, я ему вообще не доверяю. Мутный он, хоть и яркий.
Трой убежал и явился через несколько минут.
— Не врёт. Тысячи людей идут в сторону космопорта, — сообщил он.
— Корзинка не готова ещё? — Мне уже не терпелось скорее увидеть отца.
— На конечной стадии. Надо сделать плотную крышку и ручки, чтобы мы могли нести её с тобой вдвоём одновременно. Апанасий на подходе. Говорит, загнал бедных жителей общины.
— Замечательно. — Я вздохнул. — Подождём ещё.
О чём ещё разговаривать с пришельцем, я не знал. Не покидало чувство, что он не собирается нас отпускать и вся движуха происходит только с целью потянуть время. Откуда ждать опасности и к чему готовиться, я не знал. Логика плазмоидов отличалась от нашей, их технологии были нам неведомы, случиться могло что угодно.
Апанасий выбежал на поляну с остатками Эрпэу на руках. Подбежал ко мне, осторожно положил робота на траву и, утёршись от пота, уставился на заточённого в собственном аппарате пришельца.
— И как эта дрянь научилась мыслить? — спросил он, переводя дыхание.
— Ошибка природы, — ответил я.
— Строение нашего тела удачнее всего подходит к эволюции, — сказал плазмоид, подслушав наш разговор.
— Не свисти. Ты выглядишь совершенно одинаково с шаровой молнией, у которой совсем нет никакого разума.
— Не понимаю, о чём вы говорите.
— Вот то-то, ничего не понимаешь, а гонору… — отмахнулся я.
Трой прикатил платформу от робота-погрузчика. Вместе с Апанасием они аккуратно поместили на неё тело Эрпэу и принялись закреплять. Так как многих деталей уже не осталось, пришлось прибегнуть к помощи веток и лиан, чтобы робот держался в «седле».
— Вы подарили мне вторую молодость, — скрипучим голосом произнёс Эрпэу и вжикнул электродвигателем. — Я чувствую сигнал.
Он сделал несколько движений вперёд и назад, развернулся на месте, как будто работал в небольшом помещении.
— Волшебно, — произнёс он. — Спасибо вам, ребята.
— Да брось, — отмахнулся впечатлённый Апанасий. — Ты ждал этого двести лет.
Робот покружился по поляне, опасно покачиваясь на неровностях, и подъехал ко мне.
— Так, и какой план сейчас у нас реализуется? — спросил он.
— План такой — плазмоид у нас в заложниках, а мы ждём корабли, на которых отправимся к ближайшей базе в нашей части космоса, откуда разлетимся по домам, — объяснил я.
— Он легко согласился на это? — спросил робот.
— Как сказать? Оказалось, что наши магнитные винтовки после выстрела каким-то образом вытягивают его плазменное тело. Думаю, для пришельца это смертельно, а желания жить у него много, поэтому он согласился сотрудничать.
— Они могут обмануть вас в любой момент. Сильному менталисту не составит больших усилий заставить вас думать, что всё идёт как вам надо, а на самом деле будет происходить совсем другое. Опасайтесь доверять им. Плазмоиды не опустятся до того, чтобы идти на поводу у тех, кого они даже не считают живыми существами.
— Он обещал.
— Его обещания всего лишь форма ввода-вывода данных, не имеющая ничего общего с истинными намерениями. Это как подбор антивируса для заражённого компьютера. Мысли, которые ты слышишь в голове, это очеловеченная интерпретация команд, а происходящее — спектакль, где нам уготована роль жертвы.
Эрпэу испортил мне настроение.
— Но ведь мы можем убить его, если он не выполнит наших требований?
— Мы ничего не знаем о том, чего они боятся и как относятся к смерти.
— Что ты предлагаешь? — Я решил, что у робота есть план.
— Надо ликвидировать источник внушения, как мы и собирались. В пределах того места, где мы будем ждать посадку кораблей, не должно быть ни одной башни с менталистом, иначе всё напрасно.
— Я полагаю, ты что-то уже решил? — У меня возникло предположение, что идеи, которые мы прорабатывали, пришли на ум и роботу.
— Я слышал, что в посёлке есть батарея с реактором. Могу доставить её и активировать.
— Ты погибнешь.
— Во-первых, я отработал столько гарантийных сроков, что мне уже давно пора отправиться туда, куда отправляются роботы после списания. Во-вторых, в отличие от вас, мою память можно перенести на любой носитель и записать её в другого робота. Фактически я бессмертен.
Эрпэу был прав, он мог потерять только тело, но не всего себя.
— Тогда нам надо дождаться корзинки, в которой мы собирались перенести заложника и двигаться к космопорту, — решил я.
— Вам нельзя, — отрезал Эрпэу.
— Почему?
