10 о физической основе сознания и того, что значит быть – или иметь – «Я», что… Ставить запятые и точки снаружи кавычек, когда они не являются частью цитируемого, мне кажется более логичным, чем оставлять их внутри вне зависимости от обстоятельств, как принято в Америке. В этой книге я придерживаюсь более логичного правила (которое также является стандартом в британском английском).
14 закона Хофштадтера… Отсылка к Главе 5 [Hofstadter 1979].
14 «Каково быть летучей мышью?»… См. Главу 24 в [Hofstadter and Dennett].
15 я провел почти тридцать лет… См., например, [Hofstadter and Moser], [Hofstadter and FARG], [Hofstadter 1997] и [Hofstadter 2001].
19 практически каждая мысль в этой книге… является аналогией… См. [Hofstadter 2001].
19 без пушкинских отступлений… См. блестяще англифицированный Джеймсом Фаленом классический пушкинский роман в стихах «Евгений Онегин» [Pushkin 1995], или см. мой собственный перевод [Pushkin 1999]. Нет более совершенного союза формы и содержания, чем в «Евгении Онегине».
19 соблюсти при печати всевозможные детали… При работе над книгой одно из моих главных эстетических беспокойств было о том, где прерывается страница. Первейшее правило гласило, что ни один абзац (или раздел) не должен обрываться таким образом, чтобы наверху или внизу страницы оставалась только одна его строка. Также я придерживался принципа, что пробелы между словами в каждой строке должны выглядеть приятно – а именно, не слишком широкими (что так часто раздражает глаз при компьютерной верстке). Чтобы избежать таких дефектов, я вносил отделочные исправления, порой довольно объемные, почти в каждый абзац этой книги. Страница Предисловия оригинального издания – типичный пример результата. И, конечно, страница, которую вы читаете прямо сейчас (и которую я прямо сейчас отшлифовываю, чтобы она радовала глаз), – другой его пример[43].
Вышеописанные эстетические ограничения (и ряд других, которые я не буду описывать) были подобны дротикам, что вонзаются в случайные места на страницах, и каждый из них как бы говорил: «Вот тут – не думаешь ли, что можно переписать эту фразу, чтобы она не только выглядела лучше, но еще и доносила суть более ясно и элегантно?» Другие авторы могут найти это утомительным, но я честно признаю, что люблю эти хаотичные дротики и двойной вызов, который они мне бросают; и я невероятно много работал, чтобы выполнить эти задачи. Нет ни тени сомнения, что давление формы-содержания – беспрестанное, сильное и непредсказуемое – значительно улучшило не только визуальное качество этой книги, но и интеллектуальное.
Куда более детальное описание моих взглядов на магическую силу взаимосвязи формы и содержания можно найти в [Hofstadter 1997], особенно во Введении и Главе 5.
25 ни одна машина не способна знать, что такое слова и что они значат… эта древняя идея – лозунг многих философов вроде Джона Сёрла. См. Главу 20 [Hofstadter and Dennett].
25 которые функционируют по арифметическим законам… Я ссылаюсь на идею, что «гигантский электронный мозг», арифметичный до мозга костей, может вести себя неотличимо от человеческого или животного мозга, если будет моделировать арифметическое поведение всех его нейронов. Это бы породило своего рода искусственный интеллект, но совершенно отличный от моделей, в которых базовыми сущностями являются слова или понятия, управляемые законами, отражающими абстрактный поток идей в сознании, – а не микроскопические потоки электронов и химических элементов в биологической аппаратуре. Глава XVII [Hofstadter 1979], Глава 26 [Hofstadter and Dennett] и Глава 26 [Hofstadter 1985] содержат подробности этого тонкого различия, которое я начал изучать еще подростком.
29 Не знаю, как это повлияло на ее чувства по поводу фотографии… Недавно я с некоторым трепетом прочел вслух этот вступительный раздел книги моей маме, которая в свои почти 87 может только перемещаться по своему старому стэнфордскому дому в кресле-каталке, хотя ее восприятие и интерес к окружающему миру остаются невероятно острыми. Она слушала внимательно, а потом заметила: «Должно быть, я сильно изменилась с тех пор, поскольку теперь эти фотографии значат для меня все. Я не могу без них жить». Я сомневаюсь, что мои слова тем мрачным днем почти шестнадцать лет назад сыграли большую роль в эволюции ее чувств, но в любом случае я был рад услышать, что она пришла к такому ощущению.
