Немцы через наш хутор не отступали, а вот калмыки-предатели, которые воевали на стороне немцев, драпали через наш хутор. Они приехали к нашему правлению колхоза, что-то почирикали, почирикали, а затем разбрелись по домам за добычей. К нам во двор тоже один приехал верхом на лошади, к которой был привязан верблюд, нагруженный поклажей. Оставил своих животных во дворе, а сам зашёл к нам в хату. Увидев Наташу, а ей в то время было шестнадцать лет, начал приставать к ней с любезностями, так мама ему такое устроила, что он решил быстрее убраться из нашей хаты. Вскоре в хутор зашли наши кавалеристы, их было немного, человек пятнадцать. Им рассказали про калмыков, и они не теряя ни минуты, поскакали их догонять. К утру кавалеристы вернулись в хутор, чтобы дождаться своей основной части. Так вот они рассказывали, что догнали калмыков около посёлка Чунус, но куда они их дели, не рассказывали. Возможно, взяли в плен и кому-то передали, а возможно, просто предателей порубали, с этим в военное время было просто, предателей не щадили. Вскоре через наш хутор прошли большие колоны войск, но теперь они у нас не останавливались, видно очень торопились. Потом постепенно началась налаживаться советская власть. Наша семья жила на запасы продуктов из оккупации, их хватило до осени 1943 года, а дальше началось выживание, хотя я об этом уже писал и не буду ещё повторяться о тяжёлой осени 1942 года.
В нашем хуторе было поверье, что если в чей-то двор прилетит сыч или голубь, то быть беде, а если сядет на крышу вашей хаты, то быть большой беде. По поверьям того времени птицу надо было обязательно убить, тогда беды не случится. Такие птицы были роковые и с ними церемониться нечего. Откуда это повелось, я не знаю, возможно, ещё с языческих времён, а в нашем хуторе, оно сохранилось до военного времени. Особенно это поверье обострилось во время войны. Люди всем были напуганы, то немцы где-то бомбы бросают, и в нашем хуторе слышно, то немецкие шпионы бродят по лесным полосам, то какие-то бабки-чернавки ходят по дворам и пугают концом света, а тут ещё эти птицы. Одним словом, страхов хватало. Как-то весной, 1943 года, когда брат Андрей ещё не вернулся с фронта, на крышу нашей хаты сел сыч. Раз сел на нашу хату, значит, он нам принёс дурную весть. А у нас, трое воюет, как тут не испугаться. Поднялась тревога, убить этого паразита, во что бы то ни стало. Началась охота. Сначала за сычом гонялись мы, мальчишки, бросали в него что под руку попадётся, затем подключились женщины. Все поняли, что убить-то его не убьёшь, то хоть с хутора прогнать. А этот сыч словно издевается, летает себе с крыши хаты на крышу сарайчика, или на крышу Лавровского сарая, и близко к себе не подпускает. Народу у нашей хаты собралось человек двадцать, стоят на улице и рассуждают, что же с этим супостатом делать. А он взлетел с нашей крыши, покружился над толпой и улетел восвояси. Люди проводили его взглядом и успокоились — хорошо хоть улетел. А вот ещё один случай из той же серии.
