В расстроенных чувствах я пошёл к брату Андрею, чтобы оставить у него чемодан, не тащиться же с ним в хутор Северный. Зашёл к брату, его дома не было, только его жена Дуся, она спросила меня, хочу ли я есть, я сказал, что хочу и она стала готовить на стол. Когда я кушал, пришёл домой брат, спросил у меня что и как, и я ему, как близкому человеку рассказал, что с деньгами меня Лёвины обманули. Я думал, он возмутится поступком грабителей Лёвиных, но нет, но спокойно сидел и слушал. Я ему говорил, возбуждённо махал руками, а он спокойно на меня смотрел, как будто ничего и не случилось. И тут у меня промелькнула мысль, а не договорился ли Андрей с Лёвиными за моей спиной, и то, что я ему возбуждённо рассказываю, он уже знает от Лёвиных и потому так спокойно реагирует на мой возбуждённый рассказ. Возможно, Лёвины мой заработок отдали Андрею? А что, всякое бывает. Если так, то, что я надрываюсь, все равно ничего уже не изменишь, так что надо ехать в хутор повидаться с родными, а потом на учёбу в город Степной, ныне Элиста. Чтобы закончить о братьях Лёвиных, то скажу так. Я рад, что они встретились на моём пути, они меня многому научили, и от многих не обдуманных поступков уберегли. Ну а то, что у них патологическая жадность к деньгам, и тяга ко всяким афёрным действиям, так они в этом не виноваты, в этом виноваты их предки что родились жадными евреями и по наследству передали своим потомкам. Позже, я неоднократно был в селе Ипатово, и мог бы с ними встретиться, но у меня не было желания встречаться с братьями Лёвиными, возможно из-за их предательства. На эту тему всё, поехали дальше, жизнь продолжается.
У родителей в хуторе я побыл недолго, надо было торопиться в город Степной на учёбу. Отдал маме двести рублей, чему она была очень рада, а 30 августа, с маминой хозяйственной сумкой я уже шагал по пыльному грейдеру в село Бурукшун, а затем на автобусе в село Ипатово. В селе Ипатово, зашёл к брату, его дома не было, взял свой чемодан, пошёл на автобусную станцию сел на автобус, который следовал в село Дивное, и добрался до села, без проблем, обычно на это расстояние уходят сутки, а я в этот же день, к обеду был в селе Дивном. А вот от села Дивное, до города Степного, пришлось помучиться, потому что тогда железной дороги в том направлении не было, а на автобус я опоздал, оставался один транспорт — попутка. Беру свой чемодан, наполненный всякой снедью, и пошёл на окраину села на Калмыцкий тракт. Иду по пыльному тракту, дошёл до развилки одна ветка поворачивает вправо, по которой мы ездили в совхоз, но теперь мне туда не надо, у меня теперь другой маршрут. Отошел от развилки метров тридцать и остановился на обочине дороги. Дорога, хоть и посыпана гравием, но на нём столько накопилось пыли, что она с удовольствием вылетает из под колёс машин, и затем садится на всё в округе, в том числе и на меня. Попутку ждать пришлось долго, а у меня время было ограничено, надо было попасть в школу в рабочее время и там оформиться и получить место жительства. Хотя время у меня ещё было — солнце стояло в зените и палило нещадно. Для меня это было не важно, а вот за жареную курицу, которая лежала у меня в чемодане, я беспокоился, боялся, что может испортиться, да и варёные яйца, то же могут не выдержать такого солнцепёка. Стою уже долго, а нужной попутки всё нет. Изредка машины проходили, но, или не в том направлении или совсем не останавливались, не смотря на мои усилия обратить их внимание на меня.
Моей попутки все не и нет, а солнце всё печёт и печёт, правда дует ветер, но он такой же горячий, как и лучи солнца, да ещё и пыль несёт на меня с дороги. Состояние моё не очень хорошее, да ещё и еду в неизвестность, как там обернётся ещё не известно. Но надо двигаться вперёд, мне только семнадцать лет, а я приобрёл уже две профессии, надо ещё чему-то научиться, так вперёд и ни шагу назад. Наконец мне повезло, остановилась грузовая машина, трёхтонка, я попросился доехать до города Степного, шофёр меня взял, и мы поехали.
