Закупили весь необходимый инструмент, пошагали дальше, идти было далеко, городской транспорт тогда хоть и ходил, но не по расписанию и очень редко. Шли молча, каждый думал о своём, я думал о том как у меня будет на новом месте, а ещё я подумал что хорошо, что Олег будет в Степном, и навестит меня, всё-таки я не один буду в этом городе и от того мне на душе стало теплее.
Пришли домой к Виктору домой уже к вечеру, зашли во двор, в нём стояло два дома, один старый деревянный, где жил Виктор с мамой и сестрой. А, другой новый из белого камня известняка, в наших краях его много, говорят на этом месте, где мы живём, было раньше море, вот оно нам и приготовило такой камень. Новый дом довольно большой, и внешне был какой-то обшарпанный, видны сколы камня, какие-то пустоты в стенах, одним словом, сложен он был некачественно, вот его то я и должен привести в божеский вид. Инструмент занесли и положили в новый дом, всё положили в углу у стенки, а ковшик, для набивки потолка алебастром я взял с собой, это такая нежная вещь, что на нем можно легко сделать вмятину, и тогда он для работы уже не годится. Мне об этом рассказывал Иван Лёвин, кстати, он свой ковшик носил в сумке, бывало, работу заканчивает, ковшик вымывает и кладёт в свою хозяйственную сумку и меня учил так обращаться с этим инструментом. Кстати говоря, этот ковшик мы очень долго искали на базаре, Виктор предлагал уйти домой, а позже придём и тогда купим, но я ему сказал что, ковшик мне нужен будет сразу, так как я начну работу с потолка. Виктор со мной согласился и тогда мы пошли по базару по второму или третьему кругу я уже и не помню. Ходили, ходили по базару и всё-таки нашли ковшик, его продавала женщина, сказала нам, что муж с войны не вернулся, вот и приходится продавать весь инструмент, которым он зарабатывал на жизнь. Она говорит: «Вот этот ковшик не хотела брать на базар, думаю, кому он нужен, я даже не знаю, что им можно делать, для кухни он не годится, а так, что им можно ещё делать?» Я ей вкратце рассказал, для чего нужен этот ковшик, а ещё её поблагодарил за то, что она его принесла на базар, и ещё объяснил ей, что нам, мастерам-штукатурам, без этого ковшика ну никак нельзя. Тогда в Степном на базаре можно найти было всё, что тебе угодно, в магазинах такого множества товара не было, а на базаре, пожалуйста, только плати, а всё стоило не дёшево. Я хотел купить наручные часы, ходил, приценивался, в основном продавали часы немецкие и притом карманные, но они были дорогие, как говорится не по моему карману. Так я и не купил часы, и мы с Виктором ушли домой. Ходим, с Виктором вокруг дома осматриваем его, Виктор мне говорит: «Это сделать надо, вот это надо сделать» и так далее, а я с ним соглашаюсь, а сам думаю, но когда же ты меня будешь кормить, я давно чувствую, что очень хочу есть, ведь я утром как поел баланду в нашей столовой, так ничего и не ел. Обедом нас кормить и не собирались, выдали стипендию и езжайте по домам. Но мне уехать не получилось, может оно и к лучшему, одним словом время покажет, а пока не плохо бы и покушать.
Виктор, наверное, телепат, услышал мои мысли и говорит: «Сеня, пойдём сначала пообедаем, или, скорее всего, поужинаем, а потом будем устраиваться». Против такого предложения я, разумеется, был не против, еда это святое. Пошли в дом, где проживал Виктор и его родные, мама Нина Степановна и сестра Ира. Они нас встретили на веранде, Виктор представил их мне, а затем меня им, познакомились и пошли в дом. В доме уже был накрыт стол, не очень богато, но по тем временам приличный, надо сказать, что Виктор выполнял договорные отношения и в дальнейшем кормили меня хорошо. За ужином мы с Виктором были голодные и поедали всё, что Нина Степановна к нам ни подвинет, Хозяйка дома тоже неспешно ела, только Ира сидела и жеманилась, то ли она есть не хотела, то ли ей при мне было неудобно. Но нам с Виктором в этом разбираться было некогда и поэтому мы на неё не обращали внимания. Только когда пили калмыцкий чай, Виктор на сестрёнку обратил внимание и спросил её: «Ира, а ты почему чай не пьёшь?» Мать за неё ответила: «Да она не только чай не пьёт, она сегодня ничего и не ест» — «А что случилось?» — спросил Виктор. «Да она со своим женихом поссорилась», — сказала мама. «Ну, мам, ничего я с ним не ссорилась, просто я за него переживаю, ему постоянно не везёт, нигде, его не понимают на работе. На какую работу не устроится, дня три поработает и увольняется, прям беда какая-то, что за начальство пошло», — с возмущением сказала Ира. Виктор как-то напрягся, по нему видно было, что этот вопрос давно не разрешим в их семье, затем он спросил у Иры: «А чем последнее время он занимался?» — «Да канаву копал, под какой-то кабель, три дня поработал, а сегодня уволился и мне сообщил, что он сильно ругал тамошнее начальство, говорит какие-то дубы сидят в кабинетах. А Паша человек такой, если его не понимают, то он с ними дела иметь не будет, вот он от них и уволился».
