— Да почему не сдавались? Сдавались и нам. По этому поводу я тебе, сынок, так скажу, сам я пленных в штаб полка не водил, так как должность коневода это должность особая, и кто попало, лошадьми управлять не может, вот поэтому нас, коневодов, на такое задание не посылали. А вот подносчики снарядов этим занимались, как чуть что командир батареи даёт им задание: сопроводить пленных в штаб полка. Особенно много немцы сдавались, когда наши войска соорудили им котёл на нашей западной границе, тогда они из леса выходили пачками. Не успели наши конвоиры отвести первую партию немцев, как из леса выходит другая группа — человек 5–6 фрицев, а иногда и больше. Смотришь, идут из леска группа немцев с поднятыми руками и кричат: «Русс, Гитлер капут». Пришли к батарее, сдались в плен, командир поручает двум бойцам отвести пленных в штаб полка. А штаб полка находится в тылу, в километрах шести-семи от передовой. Пока туда, да пока их там сдашь, а потом пока вернёшься, пройдет часов пять, а за это время где будет твоя батарея, не известно. Может, она будет стоять на месте, а может километров за двадцать выдвинется на запад. Вот и попробуй тогда её догнать. Хорошо если помотаешься по фронту и всё-таки, догонишь, как я догнал свою батарею. А если нет, да ещё можешь в руки к СМЕРШу попасть, тогда пиши, пропало. В военное время, толком не разобравшись, такого бойца могут признать шпионом и запросто поставить к стенке. Так что в такой обстановке выбираешь, что для тебя лучше: или спасать фашиста, который пришёл убивать нас, или спасать себя, чтобы сохранить свою жизнь для дальнейшей войны с фрицами и для своих деток.
Так вот, что бы все эти мытарства не испытывать из-за каких-то фашистов, их отводят подальше, чтобы выстрелов не было слышно, а затем конвоиры возвращаются в свою часть. Докладывают командиру, что задание выполнено, вот и всё. А было такое, что и выстрелы были слышны, тогда конвоиры докладывают командиру, что порешили фашистов при попытке к бегству. А что, может, и в самом деле хотели убежать, такие случаи в нашей батарее были. Некоторые немцы не видели другого выхода из окружения и поэтому решают сдаться, а когда их два конвоира сопровождают, то они выбирают момент и нападают на них и убивают, а сами потом с оружием конвоиров прячутся лесах у нас в тылу. А ты представляешь, сколько они в нашем тылу, с оружием в руках, могут наделать бед. В нашей батарее был такой случай, кода два конвоира не вернулись из конвоя. А позже, мы недалеко в лесу нашли их трупы, а эти фашисты, которые ушли в наш тыл могут наделать такого, что мама не горюй. И всё, потому что мы вовремя их не ликвидировали.
Ты представляешь, какое было тягостное настроение, когда мы нашли тела двух наших верных бойцов. Злость на этих фашистов зашкаливала, на их могиле мы, как и положено, дали трехкратный салют из карабинов, а затем поклялись, немцев в плен не брать, кто из них выйдет, выстрелами из карабина отправим их в тот же лесок, а не послушаются, значит, отправим их куда подальше леса. Вот ты понимаешь, кто из леса выходит сдаваться? Да это идут те же фашисты, которые полчаса назад стреляли по нашим позициям и хотели нас убить. Это те фашисты, которые пришли, что бы разорить и разграбить нашу страну. Ты этого не видел, а вот я это видел, что они сделали с нашими деревнями. Ведь от них остались только трубы, да виселицы на которых висели наши же русские люди. Такое мы видели ни раз и ни два, от Сталинграда до Украины мы прошли тысячи километров и видели тысячи разграбленных деревень и сёл, и тысячи повешенных наших людей, при виде такого у нас в жилах кровь стыла. Так что же теперь этих зверей жалеть, они нас не жалели, и мы их не стали жалеть. Война, понимаешь, и в этой войне виноват, немец, который пришёл нас поработить. Он пришёл нас победить, а мы победили его, потому что наше дело правое, поэтому мы и победили.
Всё сказанное мне тато буквально выпалил со злостью, я его такого никогда не видел. Я уже был не рад, что поднял такую тему, но затем отец немного успокоился и говорит:
— Чтобы у тебя не было жалости к фашистам, расскажу тебе один жуткий случай, который произошёл с советским капитаном в Чехословакии. После того последнего боя, когда власовцы-фашисты нашу батарею практически расстреляли, тогда погибло много наших бойцов-артиллеристов, взамен их к нам пришло пополнение, а затем нас отвели на отдых в небольшой городок, который в нескольких десятков километров находится севернее Праги. Наша батарея расположилась на территории сахарного завода. Вот там мы сахара поели вдоволь, его было везде полно, и в бункерах в цехе, и в мешках на складах, и в мешках, которые были свалены прямо во дворе. С этим сахаром происходили прям комические случаи. Расскажу тебе один из них.
