Мама закончила свой рассказ, а я сидел, задумавшись над тем, что если бы ни эта смелая мамина поездка к чёрту на кулички, то не известно выжила бы наша семья в ту зиму или нет. А если бы не выжила наша семья, то не выжил бы и я, и не писал вот эти строки, и не было бы ни какой книги о нашем роде. Вот как всё было серьёзно. Ну, хватит о грустном времени, хорошо то, что хорошо кончается. Если вам интересно, то я вам сообщу, что во время этой поездки, маме было сорок лет. Здоровая сильная женщина, в самом соку, работы она не боялась, а наоборот искала её, сама работала, как вол, и от других того же требовала. Ослушаться её вы и не думайте, когда надо, она была и властная. Как вы уже знаете, моя книга называется «Автобиографический роман», с разделами, «История моего рода» и «Я сын батрака». Из этого вытекает, что пишу я её для узкого круга людей, то есть для членов своего рода, но это не значит, что её другие не смогут читать, пожалуйста, читайте на здоровье, если она вам нравится. Вы, наверное, спросите, зачем я решил писать о своём роде? Да потому что новое поколение, те, кто знал мою маму, помнят её, как старую бабушку, которая ходила с батожком в руках, опираясь на него, и думают, что она всегда была такой. А я и хочу им сказать то, что не всегда она была такой и в дополнение к этому опишу один момент. Было это в году 1944, летом, мама в то время работала бригадиром полеводческой бригады.
Обычно мама одевалась в одежду с широким покроем, на украинский манер. Я уже привык её такой видеть и на её одежду сильно внимания не обращал. Однажды мама приехала на бедке домой на обед, она всегда так делала, потом она зашла в хату. Ну, приехала, так приехала, она не первый раз приезжает и заходит в хату. Я во дворе чем-то занимался, слышу, входная дверь скрипнула, я туда посмотрел и от удивления вытаращил глаза. Вдоль хаты идет женщина, одетая в костюм черного цвета, юбка прямая приталенная, такая же кофта в обтяжку, чёрные туфли, на среднем каблучке, красиво, просто прелесть. Я сразу не узнал что это наша мама, а потом подумал, а кто ещё может быть в нашем дворе, конечно, это она! Не теряя ни минуты, побежал за ней, она уже сидела в бедке. Тронула лошадь, а мне сообщила, что она едет в Бурукшун. Вот такая красивая она была в тот день. Прошло уже шестьдесят лет с того времени, а я до сих пор вижу её в этом наряде. Вот такое неизгладимое впечатление произвёл её наряд на мой, тогда детский, разум.
Бригадиром мама проработала недолго, потому что она с раннего утра до темноты находилась в поле, а дети были представлены самим себе. Через некоторое время она поняла, что так нельзя и оставила бригадирство.
