– Вот оно, мое спасение, – завороженно шепнула мне Чернота. – Лишь Повелитель Теней может подарить мне покой, пронзив меня Мечом Теней. Не думала, что увижу их обоих в нашем мире.
По запястью Ригоны заструились кровавые ручейки, а по лезвию клинка заметались красные искорки, чтобы быстро сгуститься в продольной ложбине огненной трещиной. Она простерлась от середины клинка до самого его кончика. Только сейчас я заметила, что острие раздвоено. Чернота, судя по ее возгласу, тоже.
– О, нет! – простонала Чернота. – Ну почему мне так не везет! Меч расколот.
– Тебя преследуют неудачи, Нэриш, – продолжала между тем брызгать ядом принцесса. – Сердце Демона так и не нашлось, Меч сломан, о Браслете Теней тоже нет никаких вестей. Миона никогда не слышала ни о каких браслетах, а я склонна ей верить. Эта любительница женских безделушек не оставила бы его без внимания, если бы он находился в доме герцога. Вся эта кампания по восстановлению тебя в правах была пшиком. Без атрибутов Власти ты никто, Нэриш. И тебе никогда не победить Мракуса. Ты предал меня, внушив призрачные надежды. И ты абсолютно прав: мы, Д’емоны, не прощаем предателей…
Она небрежно завернула меч в ткань, но перед тем как выйти, вновь приблизилась к бывшему напарнику. Схватив за волосы, принцесса притянула его к себе, заставив вывернутые суставы хрустнуть.
– Конфеты оставлю тебе, Нэриш, – проворковала она с трудом сдержавшему крик парню. – Говорят, эльфийские сладости продлевают жизнь. Я распоряжусь, чтобы тебе разрешили ими лакомиться в перерыве между пытками.
А потом вышла из комнаты. А вместо нее в пыточную вошел здоровенный мужик в кожаном фартуке.
– Пожалуйста, я не хочу дальше смотреть! – взмолилась я.
– Почему? – удивилась Чернота. И по-моему, искренне. – Дальше начнется самое интересное. Ничего так не помогает понять человека, как хорошая порция боли. А Робби в этом деле мастак. Спорим, сейчас наш красавчик утратит весь свой гонор? Ригона права – на редкость беспринципный типчик.
– Нет! Пожалуйста, нет! Ты же хотела, чтобы он тебе помог!
– Не поможет, – с сожалением отозвалась Чернота. – Ведьма права: Повелителем Дома Теней мальчишке не стать.
– Откуда ты знаешь? – меня переполняло отчаяние.
С ужасом я смотрела, как Робби обходит Анри со всех сторон, примериваясь, с чего начать.
– Так став тем, кто я есть, я вроде как сама стала тенью, – хмыкнула Чернота. – Оп-па! Мудрое решение…
Крик, полный боли, разорвал тишину. Нет, меня саму. Я закричала, корчась от боли. Словно это пытали не Анри, а меня.
– Нельзя быть такой впечатлительной, – фыркнула Чернота, и набросила на мои чувства непроницаемые покрова.
Сколько мы путешествовали, я не знала. Чернота с гордостью показывала мне свои владения и что-то говорила. Я ее не слушала. Хоть мы уже довольно далеко отошли от той ужасной комнаты, в ушах продолжал стоять крик Анри. Все это время я уговаривала Черноту помочь спасти парня. Или хотя бы просто вернуть меня назад в тело мыши. Но та игнорировала мольбы. Не знаю, какой характер был у замурованной королевы при жизни, но века пребывания здесь сделал ее на редкость вредной и черствой. Она упорно отказывалась слышать мои уговоры. Надо ли говорить, что все ее попытки сыграть роль гостеприимной хозяйки казались мне издевательством, а само тюремное подземелье напоминало предбанник в Преисподнюю.
– Пленников у нас нынче немного. Недавно был праздник Святого Никлоса, так большинство на костер отправились. А новых пока не завезли, – непринужденно вещала Чернота.
Перемещение совершалось рывками: мы то медленно растекались туманом по пустым коридорам, то стремглав летели, сгустившись в плотный комок. В последнем случае, разглядеть что-либо было довольно проблематично – все смазывалось перед глазами. И все же определенное представление о подземелье я получила.
Тюрьма имела три подземных уровня, причем последний этаж пустовал. По полу текли ручьи, а в камерах отсутствовали двери. Особо зловеще смотрелись свисающие со стен ржавые цепи в темных квадратных проемах, груды костей под ними и полчища крыс, копошащихся среди них. Отсутствие освещения не мешало видеть их весьма отчетливо: серых, откормленных, с наглыми усатыми мордочками.
– Здесь обычно орков держат. У них болевой порог снижен, пытками не возьмешь, а вот обездвиживание их сильно нервирует, – пояснила Чернота и вздохнула. – Жаль, что в последнее время с Оркостаном перемирие. Помещения без дела простаивают.
– А там? – кивнула я на единственную дверь в конце коридора. Из потрескавшегося дерева и перекошенную.
Чернота легко просочилась сквозь нее и застыла. Я вместе с ней почувствовала тугую стену. Невидимую, но необыкновенно прочную. За ней виднелся проход – земляной, с махрами из древесных корней, пробивающихся сквозь потолок.
