— Это я то, и буду страдать! — Улыбнулась Кристина и я почувствовала к ней ужасную зависть. Ведь она та, на которую я всегда хотела походить. Которой всегда завидовала. Красивее, умнее, друзей имеет много, мальчики всегда за ней ухаживают. Такая, как она, никогда не могла быть моей подругой, единственное, что нас связывает это кровное родство. Я думала она и приехала сюда из-за денег. Марго отдала ей крупную сумму, что бы заманить меня сюда, но что если я не права?
Сестра открыла мою дверь и вопросительно уставилась на меня. Я не хотела выходить, не хотела возвращаться в комнату, пропахшую Каем, не хотела оставаться с ней наедине. Что-то в таком знакомом взгляде меня напугало, и я все же осторожно сняла с себя ноги Кирилла и уложила их на сиденье. Рука сестрицы безобидно сжала моё предплечье, и мы вместе помахали руками парням, когда те отъехали.
— Пошли. — Скомандовала сестра жестко и потащила меня за собой домой.
Дом, наша квартирка встретила меня теплом. Кристина сразу же ушла на кухню ставить чай, причитая, как она сильно замерзла. Я осталась стоять в коридоре, медленно снимая с себя слои одежды. Кристина в одном нижнем белье прошагала мимо меня в ванную, забросила платье в стирку.
— Лицо умой. Кто тебя вообще краситься учил? Выглядишь лет на тридцать. — Фыркнула она, насмешливо проходя обратно на кухню. Стащила с себя лишнюю одежду, накинула вместо нее банный халат, одежду так же запрягла в стирку. Открыла кран с водой и уставилась в зеркало над раковиной. Моё отражение меня не впечатлило, косметика потекла, и я была еще страшней, чем обычно. Подставила лицо под кран и с силой начала оттирать потекшую тушь. Умывшись, я разогнулась, закрыла кран и вздрогнула от того что сестра стояла за моей спиной.
— Так и думала, ты реагируешь на меня теперь точно так, как и на них. — Нахмурилась сестрица.
— Может, объяснишься? — Обернулась к ней лицом, чувствуя некое дежавю. После того случая в ванной с Каем я здесь толком и не бывала.
— А что тут объяснять? Ты мне должна, Дашка! Вот и все. — Пожала плечами девушка, всматриваясь в зеркало
— Я тебе должна? — Устало переспросила у нее.
— Не могу тебе сказать больше, просто не могу. Но ты мне должна, так что будь добра, в ответ хотя бы не сдавай меня своим волкам. А то узнают, что я волчица, которая не пахнет волчицей и будут за меня драться. Это тебе повезло, что альфа выбрал, а у меня нет желания, чтобы за мной волки толпами бегали. — Деловым тоном поучала она меня.
Ее слова звучали ровно, уверенно, но от чего-то так противно и обидно для меня. Сдержалась, не желая говорить ей как все на самом деле. Как будто есть чего хорошего в том, что он меня выбрал?
— В смысле волчица, которая не пахнет волчицей?
— Ну, в прямом, я, когда родилась, была обычным человеком и тогда, и сейчас волчицей не пахну. То-то твои волки не поняли кто я такая. Но учти, я хочу, чтобы они и дальше не понимали. — Она повернулась, смотря мне в глаза с немой угрозой.
Кристина моя двоюродная сестра, мы знаем друг друга с детства, но всегда общались мало из-за наших редких приездов к бабушке и дедушке. Когда стали старше и нам обоим купили мобильные, общение стало более плотным. После усложнения болезни мамы и появления Эммы в нашей жизни, ездили туда мы очень редко. В последние годы вообще раз в год от силы. Мы всегда с ней были разные, другие интересы, компании. Но все же, как я не заметила, когда она стала такой? Особенно сейчас, когда уже несколько месяцев живу с ней под одной крышей? Ответ был прост, я и не хотела знать. Мои вечера здесь проходили в розовой спальне, где я тяжело пыталась догнать остальных по учебе. Редкие передышки в зубрёжке я тратила на любимые любовный романы и появлялась в комнате Кристины изредка, когда мы собирались поужинать перед телевизором. Ее болтовня всегда была для меня монотонной, я слушатель, но не собеседник. Но мне всегда казалось, что этого ей хватало. Сейчас же кажется, что она просто меня терпела.
— Я знаю о какой игре ты говоришь, и поверь быть их призом совсем незавидная участь. Я никому тебя не выдам. Но я не понимаю, зачем ты здесь? И почему Юра так странно на тебя отреагировал? — Спросила у нее, садясь на край ванны.
— Так его Юрой звать? Надо же, а я уже и забыла его. — Она странно мечтательно улыбнулась, так что у меня прошел холодок по спине. Ее лицо приобрело такое мечтательное выражение, что что-то ужасное заерзало в душе.
— Откуда ты его знаешь? — Тихо спросила, чувствуя, как внутри колотит жестокий зверь — ревность.
— Так это, я его жена! — Пожала плечами безразлично сестра и я, пребывая в шоке, захотела ее треснуть чем-то тяжелым.
— Что? — Это ужасное проснулось, и почти почувствовала, как во мне колотит звериная ярость. Только мысль о том, что так и в волчицу превратиться недолго, слегка остудила мой пыл.
