Отступаю на шаг, зверь двигается вперед, и бежать теперь могу только в одну сторону.
Я все время бегу, все время убегаю. Не зря же они считают меня жалкой. Страх и паника сковывают, заставляя повторять сценарий моего кошмара раз за разом. Разворот, чуть не спотыкаюсь о тело, бегу к арке. Обувь скользит по снегу, чувствую, что вот-вот упаду. Зверь прыгает, преграждает собой мне путь. Ноги соскальзывают, и проезжаю на заднице между огромных лап.
Вот только в этот раз понимаю деталь, которую раньше не замечала — яиц то нету.
В школе я не любила биологию, не мой предмет совсем. Все эти пестики и тычинки для меня сравни порнографии. Но за то время пока дома жила и выгуливала эту пискливую тварь, я насмотрелась на кобелей, и их яйца. Поэтому точно могу сказать, что двух мохнатых кожаных мешочков у этого волка нет.
Получается это волчица? С какого перепугу тогда она на меня напала? А Новикову зачем убила? Или это не она?
С заторможенного состояния задавания вопросов меня вывил громкий «клац» зубов перед лицом. Вскрикнула, не услышав собственного голоса, поднялась и побежала.
Если это волчица, тогда… Это что та другая Дарья?
Останавливаюсь резко, почти у фонаря, удивленная. С чего бы ей?! Вот же сука! Из-за Ваньки? Тогда причем тут Новикова? Да что вообще тут происходит?
Разворачиваюсь и испугано подпрыгиваю, зверь был за моей спиной. Такая огромная морда длиной от локтя до кончика пальцев, шириной чуть меньше. Густой, почти что шоколадный, мех поблескивает под светом фонаря. Глаза узкие, светятся красным, теперь то я вижу, что это волчица. Мех такой красивый не как у волков, да и морда лица красивая что ли. Да еще как держит свою огромную голову, такое чувство, что она тут королева. Самодовольство так и прет из нее, точно эта противня Дарья! Так может ли быть так, что моё сознание, таким образом, подсказывает, кто это мог быть?
Вот только не пойму, это же сон, и скорее всего я просто в нем искажаю факты, потому как в реальности я мало что запомнила о волке, кроме светящихся глаз и страшных клыков. Ну, еще то, что он был большим, больше чем Тася, точно.
Смотрю на волчицу и понимаю, что эта гадина ржет! Причем именно ржет, а не смеется! Честно, не думала, что волки способны смеяться, а тем более ржать как лошадь! Вот пасть раздвинула, язык свисает тряпкой из уголка и издает такие звуки как будто ржет, слегка открывая пасть побольше.
— Какого… — говорю со смесью удивления и раздражения.
Смотрю на эту наглую морду и понимаю, что она кого-то мне напоминает. Пасть открылась, и шершавый язык лизнул меня прямо по лицу. Отвращение со смесью страха заставило завизжать и вытереть лицо рукой.
— Да что бы тебя, — Начала я ругаться и умолкла.
Глаза. Это мои глаза. Уже не красные, не светятся, а обычные человеческие, цвета тусклой бирюзы. И шерсть, шерсть такого же цвета как мои собственные волосы. Почему?
Волчица оскалилась довольно, и я в испуге отступила назад.
— Ты… это я? — Спрашиваю, но та не отвечает, она же волк, как она может говорить!
Только в волчьем взгляде насмешка. Протягиваю руку, чтобы коснуться ее, чтобы понять, что… не знаю, просто коснуться! Кошусь с опаской на здоровые зубы, касаюсь черного носа. Горячий, не просто горячий, он раскалённый!
Кричу от боли и отскакиваю назад, больно ударившись затылком о кровать. Что?
Открываю глаза, закрываю и прихожу в себя. Я просто проснулась, причем от боли. На правой руке остался след от ожога. Оказывается, я ночью как-то оказалась на полу перед камином, и когда во сне потянулась потрогать нос, схватила вместо него почти остывший уголь.
Рука жутко жжет, а в голове сплошная каша. С чего бы это мне приснилось, что я стала волчицей? Что за бред! Как будто в самом страшном кошмаре побывала.
Стираю со лба пот чем-то и останавливаюсь, понимая, что — это футболка Кая, убираю ее от лица. Левая рука как-то странно болит, как будто я долго заставляла себя сжимать ею эту чертову тряпку. Я что всю ночь держала ее? Разве это нормально? Разве обычные люди так могут, так сильно привыкают к запаху чужого тела?
Нет, люди так не могут, а вот волки…
Получается я больше не человек, но еще не волк? Не значит ли это, что я тоже скоро превращусь в такого же монстра? Я же пахну как они, а еще и теперь и эта явно волчья хрень!
Но почему? Все же было нормально, я была нормальной!
Это Кай! Этот чёртов Кай! Это его вина! Это он сделал это со мной, знать бы еще что именно.
Не хочу, не хочу быть такой же, как они! Не хочу подчиняться им, или быть такой же как Таська! Не хочу!
Футболка летит в дотлевающий камин, за ней снимаю с себя вторую и так же бросаю туда. Они тлеют, слегка обданные жаром, но я хочу, чтобы горели! Хочу что бы все сгорело, как в страшном сне! Дрожащими руками хватаю пачку с длинными специальными спичками. Черкаю и черкаю ее всю, спичка за спичкой, пока огонь не сжирает ненавистные тряпки и не наполняет комнату удушающим дымом, не смотря на открытый воздуховод.
