Все превращалось в какой-то кошмар, он рассмеялся и снова схватил меня за руку, я пыталась освободиться, он мне не позволял, в итоге это переросло в потасовку, как в фильмах. В коридоре я почувствовал свободу и побежала в ванную комнату, закрылась на замок и расплакалась. Неужели это я и Максим – те двое сумасшедших, сцепившихся, будто кошка с собакой.
– Открывай, что за глупости! – он со всей силы стукнул в дверь.
– Я тебя боюсь! – у меня началась истерика – слезы уже невозможно остановить, было жутко, хотелось проснуться, рассмеяться над розыгрышем – но это все происходило наяву и по правде.
– Нам нужно просто поговорить, – он стал спокойнее.
– Я тебя прекрасно слышу, – мне случайно удалось увидеть свое отражение в зеркале – и до такого состояния меня довел тот, кто обещал любить, не принося страданий.
– Во-первых, я не тупица, и если мне больно, я так и скажу тебе, понимаешь, – я немного успокоилась и села на пол у двери, – если ты собирался меня таким образом проучить и показать, кто в доме хозяин, то у тебя ничего не вышло, мне просто стало страшно от того, каким ты можешь быть.
– Я все ждал этой ссоры, но не думал, что она перерастет в рукоприкладство. Точнее, я боялся этой ссоры, потому что до сегодняшнего дня верил, что у нас всегда все будет идеально, – он тоже сел, прижавшись спиной к двери.
– Идеально никогда ничего не бывает, – мне хотелось открыть ему дверь, но в голове стояли картинки из ужастиков, где он стоит за дверью с кухонным ножом в руках.
– Прости, я не должен был заходить так далеко, но мне вдруг показалось, что ты играешь со мной, а я этого ужасно боюсь.
– Я понимаю, в первый раз мы были вместе, как бы это ужасно не звучало, по согласию. Ты меня любил, я позволяла. Сейчас все не так – я хочу быть с тобой, я люблю тебя, я нуждаюсь в тебе. Но выходит, ты по-прежнему не доверяешь мне. Я не обману тебя, не отвернусь, не скажу, что мы теперь друзья.
– Я сам этого хотел, но тогда и вправду мы не могли разойтись как чужие люди.
– А сейчас? – я встала, потому что хотела видеть его глаза, мне он нужен рядом, а не через деревянную дверь.
– Это будет слишком просто, расстаться, как только не смогли определиться, где провести вечер, – он усмехнулся.
– Если бы все дело было в планах на вечер, но где гарантия, что мы друг дружку не поубиваем? – я коснулась дверной ручки, все же желание быть рядом сильнее мнимых страхов.
– Да я тебя пальцем не трону, клянусь, ты ведь расплакалась сегодня, наверное, от обиды на меня, ведь так? Если бы я сделал тебе больно, сам бы себе руку отрезал.
Я открыла дверь.
– Да.
Максим притянул меня к себе, я выставила руки вперед, упираясь ладонями в его грудь.
– Что такое? – он улыбался.
– Все кухонные ножи на месте? – я нахмурила брови.
– Не бойся, если что, я придушу тебя голыми руками, – он поцеловал меня в шею.
– Как мило, – я прошлась ногтями по его шее.
– Люблю тебя, – он целовал меня прямо поверх одежды везде, где только мог достать.
Полина все чаще просила меня остаться на пару дней, но я боялась – если вместе с Максимом нас вывести на правду ей не удается, то в одиночку я точно не справлюсь, поэтому мне приходилось все время придумывать отговорки, ссылая на дела в городе. Вообще-то у меня не было никаких занятий, кроме как походов в библиотеку, на выставки и презентации других писателей. Я не пишу. С этой мыслью пришлось смириться, как бы тяжело это мне не далось. Я уже подумывала о поступлении в университет, со специальностью я еще не определилась, но в том, что мне нужна серьезная подготовка, сомнений не было. Я набирала целые тонны учебников и сидела за ними, пока Максим ездил на репетиции – в июле им предстоял выход на большую сцену, с новым солистом – продюсер все-таки нашел замену Коту. Я даже не хотела его слушать, поэтому перестала всюду ходить за Максимом. Про самого Кота ничего не было слышно, я боялась, как бы его голосовые данные не были задвинуты на второй план из-за исполнения ролей в кино, но, к моему счастью, он снимался в роли рок-музыканта, споет не одну песню, а значит, мир продолжает существовать в привычном ритме.
В очередной раз мы поссорились с Максимом у него дома. Причем никто не хлопал дверьми, нет, мы остались в спальне и отмутузили друг друга подушками. Если бы они были перьевые, я не сомневаюсь, что вся комната до потолка наполнилась бы белым пухом. А так мы просто порвали четыре подушки, из них вылетел весь синтетический наполнитель, потом в дверь стали стучаться соседи, только потом мы снова все обсудили, помирились, но скрывать то, что мы неминуемо приближаемся к концу, было уже поздно.
