Давно это было, когда я учился в школе. Тогда магия только зарождалась в мире людей, а сейчас я древнее, чем фолианты, которые читают студенты. Когда был человеком, то жил каждым днём, хотел узнать как можно больше, успеть попробовать всё. В один из таких дней познакомился с парнем, его белоснежного цвета волосы и мерцающие лазурные глаза удивили меня. Он предложил мне долгую жизнь, дружбу до скончания веков, и я согласился. Позже, наблюдая за битвой людей против гоблинов, подобрали и выходили серьёзно раненого мужчину, так к нам присоединился Бастиан. Время, проведённое в Аду, было самым весёлым, что я помнил. Каждый день был наполнен событиями, а если их не было, то мы создавали их сами. Однажды к нам подлетел Орион, схватил меня и Бастиана за шкирку и сказал глубоко вдохнуть. Он телепортировался вместе с нами и материализовался над пропастью, мы летели с высоты не меньше сотни метров в холодное озеро. Проклинал его несколько дней за такую шутку. Я хорошо помню ту ночь, ещё сказал парням, что странная магия колыхается в пространстве, словно в воронку засасывало. Мы отмечали победу принца на турнире. Чёрт дернул пойти на городскую площадь. Едва успел наколдовать самый мощный защитный барьер из всех, что знал, потратил колоссальное количество магии, как сразу после снятия щита перед глазами блеснул клинок и морда Иордина. Орион материализовался передо мной и заслонил собой, брызнула кровь. Даже несмотря на тяжёлое ранение, Орион смог переместить меня и Бастиана в другую часть города. А дальше была полная неразбериха.
Ко мне подсела группа девушек.
— Вы наш новый учитель?
Весть о молодом преподавателе разлетелась в ту же ночь, как я подписал договор. Меня облепили со всех сторон и, как голубки, стали ворковать и стоить глазки. Боковым зрением увидел огненную гриву, что, словно торнадо, пересекала студенческий сад.
Из разговоров прекрасного пола узнал, что внучку ректора считают девушкой лёгкого поведения, которая прыгает из койки в койку. Почему её терпит «бедняжка Джулиан», для всех остаётся загадкой, не исключено, что ректор пригрозил архивариусу проблемами, иначе он давно бы её бросил.
Надо взглянуть на этого бедняжку.
Ректора считали сумасшедшим, а проректора — любителем спиртных напитков.
Студенты мужского пола считали ректора чудаковатым гением, что, по слухам, в молодости резвился с нечистью, проректора обзывали тираном, что заставлял отрабатывать в два раза больше, чем положено, а Эрику — великой куртизанкой или же идиоткой, не дружащей с головой и манерами.
Минули века, а зависть и обида как была в почёте у людей, так и остаётся в списке первым пунктом. Что из этого правда, нужно выяснить самому.
Мимо меня прошёл мужчина в профессорской мантии и с синей бородой.
Чудак!
Я решил, что пора проведать «мистера бедняжку» и узнать, насколько знания людей разрослись за десяток столетий.
В библиотеке, как и положено, пахло книгами. О прекрасный запах знаний! Из-под стола вынырнул парень, что подбирал с пола разлетевшийся пергамент.
— Ты?
— Оу, здравствуйте. Так это вы наш новый преподаватель? Приятно познакомиться, я Джулиан.
«Мистер бедняжка», всё ясно.
Я осмотрел парня. Высокий, широкоплечий, мускулистый. Где-то внутри неприятно засвербело.
— Ты же тот парень, что работает в…
— Да, да, это я. Семейное дело, прошу, не распространяйтесь об этом.
— Не имею за собой привычки болтать.
— Вы что-то хотели, профессор?
— Ничего конкретного, просто решил осмотреться.
Парень сложил стопку из книг и взял в руки.
— Мне нужно отнести эти книги на кафедру, а вы располагайтесь.
В библиотеке было ни души. Я двинулся вдоль стеллажей, читая надписи разделов. Ничего интересного мне не попалось, всё, что есть, давно изучено. Внимание моё привлекла тяжёлая дубовая дверь, звенящая магией. Она была запечатана несколькими сложными заклинаниями.
Надо спросить у бедняжки доступ.
Уже выходя из-за стеллажей, увидел рыжую макушку, спрятанную за стопкой книг. Сделал пару шагов назад, в глубь библиотеки. На стол рухнули книги, и раздался несвойственный этому месту вопль:
— Джулиан!
В ответ тишина.
— Джулиан, ты здесь?
— Нечего так орать в библиотеке!
Я наблюдал из-за стеллажей, как входит парень.
— Братушка, где тебя ветра попутные носят?
Братушка?
— Решил проветриться до медицинской кафедры.
— Живой он там? Они вчера с дедулей хорошо посидели.
— Сложно сказать, от медиков всегда тянет спиртом и химическими реактивами. Всё прочла?
— Да, ничего подходящего, а ещё вот, держи, отдай девчонкам, это тоже прочитала. Если есть что-то новенькое, жду с нетерпением.
Эту книжку я видел на её прикроватном столике. Любовный роман.
Рыжая уже начала разворачиваться, потом снова повернулась к парню, осмотрела библиотеку, видимо, на наличие студентов, но класс чтения оказался пуст.
— До скольки работаешь сегодня?
— Нет!
Вот это уже интересный разговор. Я сконцентрировался, ожидая любовной сцены.
— Что нет?
— Эрика, нет и точка. Я не пущу тебя в магистратскую секцию.
Девушка топнула ногой.
— Не пущу. Мне твой дед чуть уши не открутил в последний раз.
— Почему тебе? Зайберт дал разрешение.
