Я опрометью бросилась прочь, молясь Создателю, чтобы он за мной не пошел. Память вернула меня в тот день, когда я также кричала на отца и Люка, а потом убегала от них, надеясь, что найдут и успокоят… Как давно это было. Словно совсем в другой жизни. Теперь я бежала от арманца, бежала, чувствуя, как горит турмалиновое солнце, и обжигают щеки слезы. Если бы в тот день отец и брат пошли за мной…
— Ева, принцесса моя, что с тобой?
Крепкое объятие, сильные руки…
Если бы арманец за мной не пошел…
— Ева? Что происходит? — рявкнул он, развернул меня, вглядываясь в лицо. От боли я уже прокусила до крови губу и даже не заметила этого.
— Уйди… — выдохнула я. — Прошу тебя…
Линтар ругался, я видела его перекошенное лицо, а потом положил меня на землю и встал на колени рядом. Его рисунки вспыхнули все разом, потекли черной лавой. Вокруг нас бегали арманцы, что-то кричали, но я не слышала, смотрела только в его лицо. Он сжал мои ладони, разодрал ткань рукава, обнажая метку рода на моей коже, и стал что-то говорить. Боль уменьшилась — ее словно выжигало огнем, тем, что он вливал в меня. Но именно этого и хотел Люк. Чтобы повелитель Ранххара отдал мне свою силу!
— Нет! Не надо! — я попыталась вырваться, но арманец лишь сжал сильнее.
— Не бойся, Ева. Не бойся… Верь мне…
Я затихла, понимая, что поздно. Не знаю, как Арвиэлю и Люку удалось это, но они все-таки замкнули на мне контур.
И сила арманца этот портал наполнила силой.
— Маленькая, ну же, очнись! — снова и снова повторял голос, и кто-то настойчиво тряс меня за плечо.
— Линтар… — прошептала я и открыла глаза. Пару мгновений смотрела недоуменно, а потом завизжала и бросилась на шею брату. — Люк, это ты!!! Неужели это ты!!!
— Тише, ты меня задушишь! — рассмеялся он, но тут же прижал меня к себе, погладил по голове, как в детстве. — Ева, сестренка, все получилось! Я знал, что все получится, знал!
— Ты чуть не убил меня! — возмутилась я.
— Прости, прости, малышка, но мы все рассчитали! И видишь, все получилось! Ты здесь, со мной, живая и невредимая! Ева, дай я посмотрю на тебя! — он чуть отстранился, разглядывая меня с улыбкой. Я тоже разглядывала брата, отмечая изменения, произошедшие в нем. Он выглядел старше, чем я его помнила. Словно прошло уже несколько лет со времени нашей последней встречи. Возле губ залегли горькие морщины, а глаза цвета спелых каштанов уже не смотрят на мир с доброй насмешкой и мечтательностью, в них появилось что-то злое и хищное, отчего мне стало не по себе. Но я тут же откинула эти глупые мысли. Ведь это Люк, мой любимый брат, который всю жизнь оберегал меня, хоть и подтрунивал нещадно!
— Где мы? — я с недоумением осмотрела роскошную, но незнакомую комнату.
— Во владениях Арвиэля, — улыбнулся Люк. — Он очень помог мне. Нам помог.
Я отмахнулась от его намека и вскочила с кровати, на которой лежала. Голова закружилась, и брат поддержал меня.
— Тебе стоит еще немного отдохнуть, Ева.
— А, ерунда, со мной все в порядке! Как же я рада тебя видеть, несносный братец! — мы рассмеялись, вспомнив детское прозвище.
— А я тебя, энке, — улыбнулся он.
А я замерла, чувствуя, как сползает с лица улыбка. Это слово, которое преследует меня с детства, сейчас наполнило душу такой щемящей тревогой, что я чуть не задохнулась. Энке… Дикарка… Моя дикая принцесса…
Я отступила на шаг, прищурилась, разглядывая брата.
— Люк, вы вытащили только… меня?
— О чем ты? — он приподнял брови домиком, отошел к столику с вином и фруктами. — Конечно. А ты по кому-то соскучилась?
Брат наливал себе напиток в высокий бокал, а я смотрела, как льется багровая жидкость, и всей кожей ощущала повисшую неловкую паузу. Да, мы изменились… оба.
— Если ты хочешь о чем-то меня спросить, делай это сразу, — твердо сказала я.
Люк вздохнул, отставил фужер, который так и не поднес к губам и подошел ко мне.
— Ева… — неуверенно начал он. — Я тебя не осуждаю. Возможно… возможно, у тебя были причины поступить так… Я… рад, что ты снова со мной. Что все закончилось. Этот кошмар… — он взял мои ладони, сжал настойчиво. — И я не виню тебя.
— За что ты можешь меня винить? — недоуменно переспросила я.
— За то, что пошла на добровольную связь с арманцем! — в глазах Люка зажглась злость. Он отпустил меня, подошел к столику и выпил весь бокал вина одним махом. Я задумчиво смотрела на его спину.
— Похоже, все же винишь, брат, — тихо произнесла я.
Он обернулся через плечо. Скривился.
— Что ж… Да, виню, Ева. Не понимаю, как ты могла это сделать! Ты что, забыла, кто он? Забыла, что он убил нашего отца? Я еще понял бы, если бы он сделал это силой, принудил тебя…
— То есть, если бы меня изнасиловали, тебе было бы спокойнее? И легче? — заорала я. — Да, Люк?
Он вздрогнул, отвел взгляд. Ответ был не нужен, я и так все поняла. Брат тяжело вздохнул и поднял ладони в знаке примирения.
— Давай поговорим об этом позже. Ты еще слаба, я тоже переволновался… Потом ты все мне расскажешь. Тебя там ждут целую ночь…
— Кто? — почему-то испугалась я.
