— Это замечательно, — оценила я, — отец всегда хотел этого союза. Тогда можно я одна уеду? Прости, Люк, но мне здесь не нравится, я хочу домой.
Брат все так же не смотрел на меня.
— Потерпи, Ева. Прошу тебя. Ты сейчас взволнована, слишком много всего с тобой… произошло. Но позже ты отдохнешь, привыкнешь, осмотришься… Оэр действительно очень красив. И этот замок…
— Я не хочу осматривать Оэр, Люк! И тем более этот замок!
— Прекрати! — разозлился брат, осмотрелся, хмуро взглянул на замешкавшуюся служанку. Та торопливо бросилась вниз по лестнице. Люк снова перевел взгляд на меня, очевидно, хотел сказать что-то резкое, но сдержался. — Ева, мы действительно смогли спасти тебя только благодаря Арвиэлю. Прояви хоть каплю благодарности! Ты не лесная девчонка, ты принцесса, так что веди себя достойно. — он поджал губы. — Так, чтобы отец мог гордиться тобой хотя бы сейчас!
— Это нечестно, — прошептала я.
— Я не хочу тебя обидеть, — вздохнул он и криво улыбнулся. — Маленькая, ну прости. Кроме тебя у меня ведь никого нет… У нас все наладится, просто потерпи, хорошо? И прошу, будь… добрее к Арвиэлю, ты ведь знаешь, как он к тебе относится.
— Скорее бы он уже женился, что ли, — пробурчала я. — Тогда мое общение с ним станет гораздо легче!
Люк покосился на меня, но промолчал. Я помялась, не зная, как перейти к тому, что меня беспокоило.
— Знаешь, нам надо поговорить, брат, — негромко начала я. — Ты не хочешь узнать, как я провела это время за Стеной? И ты подробно расскажешь мне, что происходило у вас… Люк?
— Не сейчас, Ева, — отозвался он, а я обернулась. За спиной стоял властитель Первородных, и на его холодном лице, как обычно, ничего нельзя было прочитать. Люк кивнул стражникам: — Проводите Её Высочество в покои.
— Я сама могу дойти, — буркнула я, но тихо, так чтобы Арвиэль не услышал. Наверное, Люк прав, я действительно веду себя неподобающе. Но как же хочется снова стать…. Дикаркой!
Развернулась, даже не кивнув хозяину замка, и пошла к лестнице, уже мысленно проклиная тех, кто придумал все эти бесчисленные ступеньки! И каблуки.
Поговорить с братом до утра я так и не смогла, хоть и ждала его, надеясь, что он заглянет. Неприятным сюрпризом стало и то, что меня охраняли: у дверей моих покоев обнаружилась стража. Я хмуро рассмотрела двух крылатых воинов, что стояли в коридоре с невозмутимым выражением на лицах.
— Выйти хоть могу? — мрачно поинтересовалась я.
— Конечно, Ваше Высочество, — поклонились они. — Мы сопроводим.
Я покачала головой и ушла снова в комнату. Села в кресло, задумавшись. Ко мне заглянула Кармели, и я вскочила, увидев свою нянюшку. Выслушав обычные причитания, какая я худенькая и бледная, я перебила кормилицу на полуслове.
— Кармели, а ты давно в этом замке?
— Так не очень. Люк приказал привезти меня несколько дней назад, сказал, что ты скоро вернешься, и я буду нужна.
Я кивнула, прошлась по комнате босиком. Туфли валялись у порога, и ноги в тонких чулочках охлаждали светлые, полированные доски паркета. Покрывать их шкурами или коврами, как в Идегоррии, здесь было не принято.
— А Тара?
— Тара уехала с вашим братом, как только ее вылечили целители Первородных. Его Величество привез своих целителей, наши не справлялись.
— Значит, и за это надо благодарить Арвиэля, — пробормотала я. Кармели радостно закивала.
— Нам очень повезло, что отряд Первородных был уже на подъезде к Идегоррии, когда напали белые демоны. Принц с отрядом воинов появился почти сразу после того, как арманцы ушли в портал. — нянюшка заломила руки и запричитала: — Я так переживала, так волновалась, такое горе! Его Величество убит, вы пропали, кровь везде… Думала, не переживу!
— Тише, — я рассеянно погладила кормилицу по пухлому плечу. — Не плачь. Лучше помоги мне вытащить все эти шпильки из волос, не хочу звать служанок. Они все такие высокомерные, словно сами как минимум наследницы престола!
Кармели хихикнула сквозь слезы и с готовностью занялась моими волосами, забыв о рыданиях. Занять ее делом — лучший способ отвлечь. Но, к сожалению, няня не знала ничего важного, лишь сплетни и слухи.
— А где сейчас Тара? И Люк? Не знаешь?
— Ваш брат с Его Величеством Арвиэлем расположились в Гостиной Цветка, это наверху. А Тара была у себя, насколько я знаю.
— Понятно. Кармели, раздобудь мне, пожалуйста, бумагу и карандаш. Мне скучно, хочу порисовать перед сном, а здесь я ничего подходящего не нашла.
— Конечно, милая! — няня уже улыбалась, так что я успокоилась. Мои волосы она расплела и расчесала, а я собрала их в простой пучок, как делала перед рисованием. Кармели пообещала скоро вернуться, а я пока залезла в шкаф, надеясь найти там что-нибудь более удобное, чем то узкое платье, в которое меня нарядили. Но со вздохом сожаления убедилась, что все остальное — не лучше. В подобных нарядах можно лишь степенно и медленно передвигаться, бежать в таком платье почти невозможно. Хотя, зачем мне куда-то бежать?
