Прижала руку ко рту, чтобы не выдать себя. Сердце стучало так громко, что я боялась, они услышат. Выглянула из-за угла, справа дверь, она открыта. В центре огромной комнаты, на бетонном полу, лежала фигура.
Мужчина, его лицо было разбито, кровь стекала по подбородку, смешиваясь с пылью. Керем стоял над ним, его кулаки были сжаты, а рубашка забрызгана красным. Амир стоял чуть в стороне, его поза была обманчиво расслабленной, но глаза горели ненавистью.
– Сделка сорвалась из-за тебя, – продолжал Амир, его голос был холодным, как мрамор. – Партнеры ждут груз, а ты решил, что можешь нас кинуть. Ошибка.
– Я верну… клянусь… – мужчина кашлянул, сплюнув кровь. – Дайте мне время…
Керем рассмеялся, его смех был как скрежет металла.
– Время? У тебя его нет, – он занес кулак, но Амир поднял руку, останавливая его.
– Хватит, Керем. Он уже понял. – Амир шагнул ближе, наклонился к мужчине, его голос стал тише, но от этого еще страшнее. – Ты знаешь, что бывает с теми, кто предает Демиров. Но я дам тебе последний шанс. Вернешь долг – с процентами. Не вернешь – и твоя семья узнает, каково это, терять все.
Задохнулась, чувствуя, как холод и ужас пробирает до костей. Это был не просто дом, не просто семья. Это был мир, где власть Амира держалась на страхе, на крови, на сломанных судьбах.
Мой отец, Лейла, сестры – все мы были пешками в его игре, как этот человек, корчащийся на полу. Я хотела бежать, но ноги словно приросли к каменному полу. Зажмурилась, собираясь с мыслями и силами, а когда открыла глаза, чуть не закричала.
Бежать было поздно.
Амир стоял в шаге от меня, его тень накрывала как крыло ворона. Глаза, темные, как ночь, впились в мои, и я почувствовала, что воздух уходит из легких.
Он не удивился, не рассердился – его лицо было непроницаемым, но в уголке рта затаилась тень улыбки, той, что обещала наказание.
– Элиф, – голос был мягким, почти ласковым, но от него легче не становилось. – Ты слишком любопытна.
Отступила, но спина уперлась в стену. Керем подошел к нам, его ухмылка стала шире, когда он увидел меня.
– О, смотри, наша невеста решила прогуляться! – он вытер кровь с кулаков о рубашку, шагнув ближе. – Любишь подглядывать, да? Это тебе не сказки про любовь, девочка.
– Замолчи, Керем, – оборвал Амир, не отводя от меня взгляда. – Элиф, что ты здесь делаешь?
Мой язык онемел, но я заставила себя говорить, хотя голос дрожал:
– Хотела узнать, что за монстр правит этим домом. Похоже, я нашла ответ.
Амир прищурился, его улыбка стала острее, как лезвие.
– Монстр? – он шагнул ближе, и я почувствовала жар тела и запах – смесь виски и чего-то резкого, как порох. – Ты видишь только то, что хочешь видеть, Элиф. Этот мир не такой, как твоя Москва. Здесь выживают те, кто умеет держать в руках власть. И я держу ее крепко.
– Власть? – выпрямилась, хотя страх сжимал горло. – Это не власть, Амир. Это жестокость. Ты ломаешь людей и думаешь, что можешь сломать меня.
Керем хмыкнул, но Амир поднял руку, заставляя его замолчать. Его взгляд был тяжелым, как свинец, но в нем мелькнула искра – не гнев, не угроза, а что-то, что я не могла разгадать.
– Ты ошибаешься, – сказал тихо, но каждое слово било, как молот. – Я не хочу тебя ломать, Элиф. Я хочу, чтобы ты поняла. Этот дом, этот город, этот мир – мои. И ты станешь частью его, хочешь ты этого или нет. Ты уже МОЯ.
Хотела ответить, но стон мужчины на полу оборвал мои слова. Он шевельнулся, его глаза, полные ужаса, встретились с моими. Амир заметил это и повернулся к нему, его лицо стало жестче.
– Уведи его, Керем, – приказал он. – И закончи с этим.
Керем кивнул, отошел от нас, схватив мужчину за воротник, и потащил его в темноту подвала. Стоны затихли, но их эхо осталось в моих ушах. Посмотрела на Амира, чувствуя, как гнев и страх борются в груди.
– Ты не человек. Ты зверь.
Он улыбнулся, но в этой улыбке не было тепла – только холодная, хищная уверенность.
– Может быть. Но этот зверь выбрал тебя, Элиф. И ты никуда не денешься.
Он шагнул ближе, его рука коснулась моего запястья, и я почувствовала, как ток пробежал по коже. Вырвалась, но он не отпустил, его пальцы сжались сильнее, не до боли, но достаточно, чтобы я поняла: бежать некуда.
– Пойдем, – сказал он, его голос был как приказ, не терпящий возражений. – Нам нужно поговорить. И на этот раз ты будешь слушать.
Он повел меня вверх по лестнице, его хватка была железной, но я не сопротивлялась. Не потому, что сдалась, а потому, что знала: мне нужно время.
Время, чтобы найти слабость Амира, Керема, этого дома. И Юсуф, мне нужно было с ним поговорить. Я чувствовала, что он знал что-то, что могло изменить все.
Когда мы вышли из подвала, я услышала за спиной тихий шорох. Обернулась, но никого не было. Только тень мелькнула в конце коридора, и я могла поклясться, что это был Юсуф, наблюдавший за нами из темноты.
Лестница скрипела под нашими шагами, каждый звук отдавался в ушах, как удар молота по наковальне. Амир вел меня наверх, его пальцы сжимали запястье, как стальной браслет, не давая вырваться, но и не причиняя боли.
