— Что там? — Машина наконец проскакивает перекресток, и мы ускоряемся.
— Никаких движений.
— Ты уверен, что информация от крота дошла до Рогова?
— На сто процентов. У меня тут гребаное реалити-шоу с трех камер.
— И?
— После звонка связной сразу же побежал к своему боссу. Рогов с замом минуту перетирали новости. Ни один даже телефон из кармана не достал. Сука, они и не дернулись!
— Значит, мимо. — По спине прокатывается ледяная волна. — Не гараж и не склад. Офис.
— Других мест нет, — подтверждает Кирилл.
— Твоя команда готова к штурму? — Об этом можно не спрашивать. После того как стало ясно, что в офисе что-то не так, Злотников два часа отрабатывал с парнями план проникновения.
Каждый боец выучил свое задание, знал, куда заходит, какой лестницей или лифтом поднимается. У всех с собой комплект гражданской одежды и пропуск.
Последнее оказалось самым сложным. Оперативникам Кирилла пришлось извернуться, чтобы достать образец и сделать качественные копии. Мы очень надеялись, что они не пригодятся. Теперь выбора уже нет.
— Выдвинулись. Минуту назад, — с небольшой паузой произносит Злотников.
— Хорошо. Мне отчет по каждому шагу.
Дико хочется приказать Стасу тоже ехать к злосчастному офису. Ждать с каждой секундой становится все труднее. Только Рогов не должен узнать, что мы его переиграли. Для него все должно идти по плану.
— Стас, не гони, — прощаясь, говорит Кирилл и временно переключается на волну с группой захвата.
Дальше мы уже не можем ничего согласовывать. Из участника операции я превращаюсь в ценный груз, который под четким контролем наших преследователей везут в подготовленную Роговым ловушку.
Без подозрительных петляний по городу, без остановок. Покорно. Столько, сколько понадобится парням для освобождения девчонки.
«Входим в здание», — раздается в динамике голос одного из охранников.
«Прошли турникет», — слышу другого.
«Рассредоточиваемся. Первая группа на лестницу. Вторая — к лифтам!» — отдает приказ Злотников.
«Есть лестница».
«Есть лифт».
«Начать подъем на девятый этаж!» — командует Кирилл.
«Второй прошли», — спустя несколько мгновений отчитывается командир первой группы.
«Второй прошли», — синхронно со своим коллегой говорит командир другой.
«Третий прошли».
«Третий».
«Четвертый прошли».
«Четвертый».
«Пятый прошли».
— Босс, нам осталось метров триста. Если начну притормаживать или остановлюсь, эти уроды что-нибудь заподозрят, — сообщает Стас.
— Не останавливаться! Едем до конца!
«Шестой прошли».
«Шестой».
«Седьмой прошли».
«Седьмой».
— Поворачиваю на территорию склада.
Вижу в зеркале заднего вида, как меняется от напряжения лицо Стаса. Замечаю сведенные брови, взгляд, направленный на крыши домов, где залегли наши ребята. Нутром чую его желание развернуться или включить заднюю передачу.
— Поезжай плавно. — Сквозь лобовое стекло смотрю на поджидающего меня Рогова и его головорезов.
Это наша первая встреча. До этого я видел своего врага только на фотографиях. Как и мой сын, он копия отца. С такими же чертами лица, такой же комплекцией и ростом. Как и папаша, вместо того чтобы создавать свое и жить нормальной жизнью, младший Рогов выбрал грабить и... надеюсь, сидеть.
— Если начнется стрельба, мы как на ладони. — Стас до побелевших костяшек сжимает руль.
— Он не идиот, чтобы устраивать здесь перестрелку. К тому же кроме меня Рогову нужны еще и документы.
— Будем надеяться.
Водитель незаметно достает из бардачка пистолет, делает шумный вдох. И для нас обоих время словно останавливается.
Будто далекое эхо, слушаем переговоры групп захвата, считаем оставшиеся метры до Рогова. И не дышим.
«Восьмой прошли».
«Восьмой».
Сердце со всей силы ударяется о грудину и замирает.
«Девятый. У выхода в коридор».
«Девятый. Выходим из лифта».
Чувствую в груди новый удар.
«Начинаем движение по моей команде!» — вновь раздается голос Злотникова. — «Строго по команде!» — повторяет Кирилл.
— Все, приехали. — Стас медленно притормаживает.
— Ты остаешься в машине. Я иду один.
— Босс...
— Все будет нормально. — Отстегиваю ремень безопасности.
От нас до «встречающей делегации» метров десять. Не близко, но и не далеко. Идеальное расстояние для выстрела. Только ловить пулю я сегодня не намерен.
— Марк Юрьевич... — По-прежнему не желая меня отпускать, Стас кладет ладонь на дверную ручку.
— Отставить. Они успеют.
Толкнув дверь, выхожу на улицу.
Всех добрее — любящие.
Девять лет назад я знал, что дорого заплачу за свои показания. Нет, я не настраивался на смерть и не ждал никакой аварии. Скорее, это была холодная уверенность в неизбежном.
Сейчас этой уверенности нет. Передо мной более молодая версия давнего врага, целая банда исполнителей, но на душе спокойно.
Запрещая себе смотреть по сторонам, иду прямиком к Рогову. Полностью открытый, если не считать бронежилет. Без сопровождения. С документами в руках, словно я всерьез нацелен на сделку.
Не хватает лишь музыки. Чего-нибудь дебильно-торжественного. Вместо нее в наушнике тихое дыхание оперативников, переговоры двух групп захвата и скупые команды Злотникова.
«До двери двадцать метров».
