Я тебя знаю полностью

Пожиратели синхронно охнули. Лорд сделал движение рукой, и картина пропала.

— Да. То, что вы видели, произошло в одном из домов, включённых в сегодняшнюю операцию, — продолжал он. — Во время операции. Из-за операции. Но всё же это случайность.

Голос Лорда казался похожим на удары колокола: медленные, неуклонные и мрачные. «Трагический...», «Операция...», «Случайность». Не набатный призыв, а похоронный звон. И в сердцах каждого, кто это слышал, росла не тревога, а отчаяние, тяжёлое и неподвижное, как поверхность тёмного озера.

— Оглянитесь вокруг, — Волдеморт повёл рукой. — Миру, который вы знали и с которым решили связать свою жизнь, осталось жить только до рассвета. Утренние газеты втопчут наше имя в пыль. Назовут фанатиками и помешанными. А Министерство... разумеется, введёт мораторий на свободу собраний. Оглянитесь вокруг, потому что многих из этих людей вы видите в последний раз: Министерство запретит нашу организацию, и я не стану винить тех, кто решится порвать с Пожирателями Смерти. Это естественное желание... — Лорд еле заметно, одними краями губ, улыбнулся, — человеческое. Ведь вы не только маги, но и люди. А человек слаб. Пусть магия зажигает в нём огонь бессмертия и творчества, у него не всегда хватает мужества встретить трудности с высоко поднятой головой.

Пожиратели заволновались. Гул протестующих голосов наполнил залу. Северус молчал. Молчал и ждал продолжения речи. А Волдеморт смотрел в толпу, казалось, останавливаясь взглядом на каждом. Он вскинул руку — и Пожиратели затихли. А Лорд заговорил другим голосом, отрывистым и сосредоточенным, словно отдавая приказ:

— Это дело вашей совести, и вы ещё решите этот спор наедине с собой. Сейчас нас волнует другое. Я не могу допустить, чтобы кто-то из вас попал в руки Министерства. Те из вас, о чьей причастности к Пожирателям неизвестно, вернутся на свои места — в школы, университеты, на работу, разойдутся по своим поместьям и используют эти несколько дней для диалога с самими собой. Но те, кого знают, как активистов... Вам придётся исчезнуть на время, закрыться в поместьях под Фиделиусом и ждать. Возможно, это займёт несколько дней, возможно — неделю. Я клянусь, что за это время я добьюсь того, что вам не будут грозить ни допросы, ни Азкабан. Никому из вас!

Пожиратели почтительно молчали. В комнате стало так тихо, словно там не было ни души. А Лорд продолжил:

— Главное сейчас — не поддаваться панике. Аврорату нечего нам предъявить, и так оно и будет впредь, если, конечно, у них не появятся новые сведения. Но! Я верю, что наш коллега и соратник, оказавшийся вовлечённым в события сегодняшней ночи, найдёт в себе мужество молчать, если, не дай Мерлин, попадёт в руки авроров.

— Кто он? — выкрикнул кто-то из толпы. — Мой Лорд, вы так и не назвали его имя.

Волдеморт медленно, очень медленно повернулся на звук. Взгляд из-под полуприкрытых век казался спокойным, высокомерным и даже чуть утомлённым. Но вот он отыскал в первом ряду того, кто задал вопрос. Эван Розье. Красновато-коричневые глаза ярко сверкнули.

— К чему тебе его имя, Эван?

Лорд смотрел и выжидал. «Это экзамен, — с предельной ясностью подумал Северус. — Он его проверяет. И не завидую Розье, если он ответит на вопрос неправильно...» Но Розье ответил.

— Дело... — Эван, казалось, только что осознал, что всё внимание зала приковано к нему. Его голос осёкся, и он едва не закашлялся. — Дело, которому мы посвятили наши судьбы, оказалось под ударом. Этот человек подставил всех нас и вверг в противостояние с Министерством. Всё... всё, что вы говорили о скорби, испытаниях и подполье — его работа!

Он оглянулся по сторонам, а потом нерешительно поднял взгляд на Волдеморта, ища в бесстрастном лице своего патрона одобрение. Но Лорд только неопределённо улыбнулся. Снейп был уверен, что такая улыбка не сулила Розье ничего хорошего, но Эван не заметил подвоха. Не заметил он его и тогда, когда Волдеморт нарочито медленно и ласково спросил:

— И что бы ты предложил, узнав его имя?

— Исправить ошибку, — глухо, словно слегка стыдясь своих слов, но твёрдо произнёс Розье. Его голова едва заметно склонилась, но сейчас же дёрнулась вверх.

— Как? Воскресить мёртвых? Изменить прошлое? — Лорд изобразил удивление. — Интересные же познания у моих соратников!

Снейп, долго следивший за Розье, смотревший, как он пикируется с «командой Нотта», как пытается выслужиться перед Малфоем, ожидал, что Эван смешается. Потеряет дар речи, покраснеет. Северус знал, что Розье чрезмерно мнителен и импульсивен — будь иначе, разве решился бы он прервать тяжёлое молчание, затопившее зал после речи Волдеморта? Поэтому Снейпа удивило, что вместо того, чтобы сконфуженно замолчать, Розье громко и чётко произнёс:

— Ошибка исправлена, когда виновнику воздаётся по заслугам! И когда воздаётся лишь тому, кто виноват. Нет никакой нужды подставлять нас всех под удар Министерства.

— Достаточно отдать им того, кого они ищут? — всё так же тихо спросил Лорд.