Он сжал мобильник в руке и я забеспокоилась, что он его разобьет, но Азер совладал с эмоциями и убрал его в карман пальто. Сжав переносицу, он утяжелено выдохнул, все также не отрывая от меня притягательных глаз. Не вздумай отступать, Караджа.
— Тебе очень идет это платье. Девочки выбирали? — при упоминании сестер у него ненароком образовалась улыбка и я заметила любимые ямочки на щеках, которые так и хотелось поцеловать.
— Я не собираюсь никого оправдывать. Мой дядя взрослый мужчина и в его жизнь я не буду вмешиваться.
— Но с легкостью вмешалась в мою, перевернула всех верх дном и спокойно отказалась от нас. Мы теперь так и будем общаться, как чужие?
Нет, все же я не успеваю за его переменчивым настроением. То он ненавидит меня, всю мою семью, угрожает, то разговаривает со мной так, как будто ничего не случилось.
— Никаких нас, Азер, — устало, произнесла я, опуская глаза и рассматривая свои туфли. Что угодно, но только не смотреть в его глаза. — Я и ты выбрали свой путь, теперь нас ничего не связывает. Лишь прошу у тебя не дави на свою семью, ведь они слишком много пережили за этот год.
— А мы нет? — вздернув брови, спросил Азер. Нам было больно, но ничего не изменить.
— О себе я давно уже не думаю. Ты же реально не видишь, что творится вокруг тебя. Единственное, что спрошу у тебя. Зачем на поле ты бросил те слова и все равно поступил, как привык? — я посмотрела на него, но Азер повернулся в сторону бабушки, которая продолжала наблюдать за нами с порога.
— Уже поздно. Спокойной ночи.
Развернувшись, Азер зашагал прочь, слишком в быстром темпе. Почему он не может ответить? Его поведение меня беспокоило и я не могла разгадать его намерений, а Азер не хочет помогать и лишь усугубляет еще больше, не рассказывая. Да, все-таки я убедилась в очередной раз, что нам нужно забыть тех Азера и Караджу из Аданы, которых уже не вернуть и все попытки превратятся в прах. Одна неделя и все решится.
Утром мы уехали с Дамлой пораньше, но не нам выбирать время. Вели не выходил на связь, но его люди выполнили мою просьбу и уже ждут в назначенном месте. В багажнике лежала кастрюля, которую я захватила с собой из дома. По-детски, но все-таки я не могу лишний раз не показать свой нрав.
— Чего ты такая нервная с утра? — спросила я у Дамлы, которая не находила себе места и срывалась, чуть ли не на каждого водителя.
— Твои дяди и отец ночью навели порядок в одном крупном заведении из-за того, что им сказали оплатить счет. Уверена, что это они специально сделали, ведь хозяин того заведения не собирается склонять перед ними голову.
— Пускай творят, что угодно. Дамла, не переживай скоро все закончится. Ты сейчас поедешь к Юджелю?
— К нему родному. Не знаю уже как его вытащить из состояния овоща. Еще и Вели не выходит на связь. Что мы будем делать? Зачем ты вообще собралась навестить их в отеле? — недоумевала она.
— Все потом, Дамла.
Она остановила меня около одного из престижных отелей и хозяин оказался приятелем господина Вели, который любезно одолжил мне ключи и то лишь потому, что планировал ремонт. Как все складывается удачно. Несколько парней вошли со мной через черный вход, таща за собой кастрюлю и один из них нес мяч, но не обычный. Пора показать степень моего безумства.
— Все прибыли?
— Да, — ответил парень, который шел рядом. — Три минуты назад вошел ваш брат и отель закрыли, как вы и просили. Никто не побеспокоит.
— Держите оружие наготове. В этом отеле слишком много безумцев собралось.
Мы преодолели коридор и подошли к тому, что напоминало балкон внутри отеля, спрятавшись за колону. Эфсун сидит во главе стала, ай как же тебя не воспитали, девочка? Сидит во главе, хотя женщине не положено, а мужчины собрались по правой и левой сторонах. Азер рядом с Акыном, а Тимсах и скорее всего тот самый Муртаза с противоположной о чем-то перешептываясь. Дав знак рукой, я ступила вперед, опираясь на перила и прокричала:
— Гутен морген, второсортные! — как удачно же ты села Эфсун. Взяв кастрюлю, я перевернула и прямо на нашу госпожу вылилась красная жидкость, портя ее стремное одеяние. — Вот черт! Прости, дорогая, я думала ты одежду под тачки выбираешь. Зачем ты одела этот ужасный красный костюм? Не переживай, соус вегетарианский, как ты и предпочитаешь. Садиш хотела собакам выбросить, но зачем добру пропадать.
Акын не сдержался и заржал, остальные же стали вставать со своих мест, но я лишь пальчиком взмахнула и они синхронно уселись. Да, боятся меня и вправду стоит.
— Тимсах, вы на каком рынке достаете эти петушиные рубашки? Стыдно должно быть с такими друзьями одеваться, как аж произносить стыдно подобное слово.
— Да я тебе, — достала пистолет Эфсун, но Азер остановил ее.
— Пушку опустила, живо, — впечатляет. Дамочка послушалась, потянувшись за салфетками.
— Муртаза, а мои дяди в курсе, что ты сидишь здесь? Но не волнуйся, — он было уже расслабился, но я закончила предложение, — они скоро узнают.
Муртаза наклонился, чтобы прошептать тихо Тимсаху:
— Я думал, она еще куличики лепит, — но я услышала и цокнула на его слова.
