— Весьма самонадеянно, но да ладно. Да, я отдала бразды правления моим родственникам, но иногда мне приходилось вмешиваться и сегодня произошла, та самая встреча. Итог: простреленная нога мужчины и его поездка в тюрьму, когда его отца отстраняют от должности. У меня есть влияние в стране и прости, но мужской пол основной с кем я работаю.
— Но не каждый из них дряхлый старик.
— Опрометчивое заявление, учитывая, что я на тебя купилась. Поехали.
Я пошла к машине, но услышала позади себя возмущенное:
— В смысле?
В машину я уже села с повышенным настроением. Годы идут, а мужская ревность не меняется и не утихает, что несказанно радует. Дверь спереди хлопнула, Азер завел мотор и обратился ко мне, выруливая на дорогу:
— Я завезу тебя домой, а через пару часов заберу. С меня свидание, как ты помнишь, но вот отравить ли тебя также или нет, пока не решил.
— Не испугал.
— Так еще не вечер.
Ну-ну, вера в твою фантазию начинает утихать с каждой секундой. Что же ты можешь приготовить? Азер выехал на дорогу и включил музыку, привлекая мое внимание. В последнее время я слушаю только этот трек. Как узнал? Прищурившись, я спросила у него:
— Салих или отец?
Но мой вопрос оставили без ответа, загадочно улыбаясь. Все спланировали, ясно. Тело захотело танцевать в такт, но я сложила руки на груди, сопротивляясь. До мелочей предусмотрели, предатели. В очередной раз лезут, куда не следует. Кто их просил? Вновь не хотят отпускать, только теперь в другую страну? Предупреждать о таком следует. Трек поставили на повтор, а я лишь закатила глаза. Ни грамма индивидуальности, уникальности, которую я ценила.
— Поговорим? — убавив звук, спросил Азер, не отрываясь от вождения.
— Просто заткнись и прибавь музыку. На этом достаточно.
Да, мне действительно нравилось сидеть, слушать любимую мелодию и наблюдать за его профилем. Как же я скучала… Полтора годы тоски по тебе, сделали меня зависимой даже от твоего присутствия. Хочу дать шанс нам, поверить, что не забыл и не охладел. Как раньше точно не будет, но возможно мы построим нечто новое.
Азер заехал в Чукур и повернувшись к окну, стала смотреть на прохожих и не сказано удивилась. Сразу вспомнился день смотрин и сравнила с сегодняшним днем. Чукуровцы простили и радужно приняли Азера, думая теперь о моем счастье. Массовый сговор.
Проезжая мимо кофейни, я увидела выходящих из здания Меке, Джеласуна и Аяза, которые показывали воздушные поцелуи, потешаясь. Открыв окно, вытащила левую руку, послав им средний палец, который вызвал приступ смеха и покачала головой в неверии. Предатели. Закрыв окно обратно, обратилась к своему персональному водителю:
— Простите, а можно узнать за какую цену меня продали, как племенную кобылу?
Уголки его губ дернулись, но он сдержался, мгновенно посмотрев на меня через зеркало.
— В Чукуре людей предпочитают деньгам. Я пожертвовал двумя очень выгодными акциями, ради тебя.
Я знала, что это значило. Йылмаз и Сейхан в обмен на меня. Умно. Хитро. И подло. Ну, Кочовалы, вы еще у меня получите. За самодеятельность. Азер остановил машину около ворот, заглушая мотор и сняв очки, повернулся ко мне, передавая ключи.
— Прошу, дождись урока со мной, а потом только уничтожай машину. Все-таки машина памятный подарок от Ямача в честь окончания института. Мой подарок ты получишь вечером.
— Мне ничего не нужно, — я забрала ключи, потянувшись к двери, но ее заблокировали.
— Ты сама решилась, малышка. Два дня, а дальше сама решай. Отныне только так.
Его привычное, но такое забытое «малышка», переворачивали мое нутро глубоко внутри, заставляя прошлые раны открыться. Я его по-прежнему люблю и не готова отпускать. Париж не сотрет мою любовь к нему.
— До вечера? — спросила я с надеждой, смотря ему прямо в глаза.
— До вечера.
Забрав свои вещи, я пошла в дом и услышала, как хлопнула передняя дверь машины и обернувшись, увидела, что он пересел в свой внедорожник и смотрел на меня, сквозь окно. Еле заметный кивок мне и я отвечаю тем же. Да, все хорошо. Нам не нужны слова, как и прежде. Наш язык только для нас двоих. Глаза умеют говорить намного искреннее, откровеннее и правдивее.
Стоило мне ступить на крыльцо, как я услышала шум со стороны двора. Повесив мантию на сомкнутые руки, обошла дом и не смогла скрыть радости, когда увидела украшенный сад, весь в цветах и шарах, а стол уже накрыт. Вот почему он завез меня домой. Дает побыть с семьей в такие моменты, но не знает, что я бы лучше провела время с ним. Бабушка несла торт, а остальные члены семьи и маленькая часть Чукура, окружили ее, радуясь за меня.
— Мой день рождение после завтра, — напомнила я и наклонившись, задула свечи на торте, пожелав лишь одного. Моя маленькая тайна.
Народ захлопал в ладоши, а бабушка ответила, передавая торт Джумали:
— Твой выпускной тоже достоин празднества. Тем более, если твой дядя Джумали, запретил присоединится к одногруппникам, то это не значит, что ты не отпразднуешь вообще. Садись посередине, — указала она и положила мне руку на спину, подталкивая.
Повернув к бабушке голову, не переставала коситься на указанное место. Это не по правилам.
