— Я поехал в ту ночь к ювелирному мастеру, чтобы изготовить это кольцо, — крышка хлопнула и я посмотрела вниз. Там лежало кольцо из белого золота с брильянтом, которое превратили в блестящую большую розочку. — Роза — твое проклятье и твоя неотъемлемая часть, малышка. Да, я влюбился в тебя, как мальчишка с первого взгляда. Дерзость, твоя красота, аура, которой ты околдовываешь, твоя сострадательность и воинственность — одновременно сшибли меня с ног. Я люблю тебя. Если потребуется, — Азер прикрыл глаза, нервничая, но собрался и продолжил, понижая голос, — то выучу на всех языках мира. Согласитесь ли вы, Караджа Кочовалы, принять фамилию Куртулуш и идти рядом отныне рядом со мной?
У меня навернулись слезы, я заставила поднять голову от рассматривания кольца и прикусив губу, всхлипнула, прежде чем ответить трепетно:
— Да! Да, я выйду за тебя замуж, — крикнула я, облегченно и запрыгнула на него, держась за шею и меня закружили вокруг оси, послышался мужской смех, который затрагивал во мне самые скрытные струны моей души.
Именно здесь и сейчас я счастлива благодаря этому мужчине. Боролась ради него, заставила открыть глаза и смотреть только на меня. Научила говорить на своем языке, закончить вражду и он наступил себе на горло, простил мои ошибки, как и я когда-то и теперь нас ничего не остановит.
Поставив меня на место, Азер надел на меня кольцо и наклонившись, заглянул в мои глаза с надеждой спрашивая:
— Готова ли ты через пятнадцать минут стать, госпожой Куртулуш?
— Что, прости? — не понимала я о чем он.
— Регистратор ждет уже внизу. Твой наряд уже в комнате. Я учел все твои пожелания и здесь будем только мы. Никто не нарушит наш покой. Соединим наш союз прямо сейчас и никаких похорон завтра не наступит. Смотри, ты согласилась? — не давал мне идти на попятную мой жених, а совсем скоро, очень скоро уже мой муж. — Уже некуда бежать.
— Отныне, я не могу возразить своему жениху.
Через ровно пятнадцать минут мы стояли около цветочной белой арки на фоне тех самых посаженных красных роз, стоя друг напротив друг и держась за руки не разрывая зрительного контакта. На Азере был черный костюм, белоснежная рубашка и да, в последний момент я смогла его уговорить и надела бабочку, которая ему невероятна шла. На мне нет, не было платья. Я стояла в белоснежном комбинезоне, верх которого был расшит блестками, а на талии крепился шлейф, который красиво спадал сзади, а на голове в прическу вкололи фату. В руках я держала нежно розовые розы и поняла, что мне никогда они не наскучат. С самого детства этот цветок предназначался мне, символизируя в точности мою сущность. Азер же угадал с первой встречи мою ассоциацию с ним.
Держа его руки, я не могла унять дрожь. Прямо сейчас я распрощаюсь с фамилией Кочовалы за которую многие бы девушки могли умереть, чтобы ей обладать. Я выросла из Кочовалы. Показала достойной себя этой фамилии, но получив фамилию Куртулуш на меня лягут обязанности жены, а в будущем, надеюсь, и матери с которыми не так легко справится. Как показывает практика, мужчина которого я полюбила с такой фамилией очень сложный, но я готова бороться, нет, теперь не ради него, а вместе с ним. Отныне не существует Азера или Караджи. Не существует я, а лишь только мы.
— Азер Куртулуш, берете ли вы в жены, Караджу Кочовалы? — спросил регистратор, а Азер не спешил отвечать, но когда я только угрожающе подняла ногу, облаченную в белоснежную туфлю на острой шпильке, то он поспешно ответил, смеясь.
— Я беру эту ненормальную в жены. Простите, — он заметил странную реакцию регистратора, который не привык к таким парочкам. Азер прокашлялся и торжествующе ответил, подмигивая мне: — Да. Я беру в законные супруги Караджу Кочовалы.
— Теперь вы невеста. Готовы ли….
— Готова. Где подписывать? То есть, да, — поспешно заявила я и тут Азер, засмеялся притягивая к себе, обнимая за талию и целуя в лоб. Психи ненормальные.
Наши тела тряслись от хохота, который вырывался из нас, а я же представила лицо матери. Вот наконец-то избавилась от дочери. Нет, я конечно, знала, что моя свадьба будет необычной и тяжело будет найти того, кто примет меня и мои заскоки в огромной тележке, но чтобы настолько. Нас прервали легким покашливанием и отстранившись от жениха, помахала руками и букетом перед лицом, приходя в себя. Теперь точно будет, что рассказать детям.
Между нами оказалась подушечка с кольцами и взяв, которое побольше надела на палец и встав на носочки, прошептала Азеру:
— Не советую тебе его снимать.
Вернувшись обратно, притянула руку, подняв глаза к нему и шумно выдохнула. Почувствовав на пальце холодный металл, сдержала вырывающийся из груди хохот, когда Азер наклонился ко мне и обжигая горячим дыханием ушко, прошептал, чуть ли не клятвенно пообещав:
— Госпожа Куртулуш, отныне ты не снимешь это кольцо. Навеки вечные, вы теперь неразлучны.
