– Для тебя это уже ничего не изменит, – сказал Эор. – Ты можешь остаться в туманном лесу навсегда. Стать одной из заблудших душ. Или отринуть прошлое и открыться новому. Твой выбор.
Я обернулась. Позади меня были лишь голые черные деревья. Оставаться в таком месте навсегда, конечно, не хотелось бы. Но и садиться в лодку было страшно.
– Даже если ничего не изменит, – упрямилась я. – Мне важно знать, жив ли Ал.
– Пока ты цепляешься за эти чувства, ты не можешь двигаться дальше, – говорил бог.
– Значит, вы не ответите?
– Я здесь для тебя, Ниада, – сказал Эор. – И ни для кого больше. Решай: идешь или остаешься?
– Что ждет меня в новой жизни? – мне хотелось потянуть время, как будто это могло мне чем-то помочь.
– Ты уже знаешь, что и на этот вопрос я не отвечу.
– Догадываюсь…
Я вздохнула. Странно, что Эор называл это выбором… Какой тут может быть выбор? Береника упоминала яд. Арвин смазал им стрелы, чтобы убить наверняка. Алтимору досталось даже больше, чем мне. И если я мертва, то и он тоже. Как ни горестно это было признавать, других вариантов не было.
Мне захотелось разреветься, но в этом странном месте даже не было слез. Только боль, разрывающая грудную клетку, как обезумевший зверь.
Что я натворила? Почему не послушалась своего принца? Без меня он бы справился. А теперь…
– Может, мы встретимся в новом мире? – спросила я Эора.
– Все может быть, – кивнул тот.
Я подняла подол черной туники и уже собралась было шагнуть в лодку, как где-то вдалеке послышался голос. Он звучал так тихо, словно в моей голове.
Я резко обернулась. Голос был едва различимым, но все же мужским. Он пел. И не что-нибудь, а «Влюбленных в тумане».
– Простите, я не могу, – пробормотала я и бросилась обратно в лес.
– Ты останешься здесь навсегда? – донеслось мне в спину.
Я побежала вперед прямо сквозь туман. И по странному совпадению, мне не попалось на пути ни одного дерева. Они словно расступались в стороны. Или мои ноги сами следовали по невидимой тропе.
Песня стала отчетливее и, замедлив темп, я тоже запела.
Туман сгустился, и теперь не было видно дальше вытянутой руки. Но я не переставала петь. И вскоре вокруг всё стало совсем серым. Даже деревья куда-то пропали. Только я в плотном облаке. И голос.
Его голос.
Впереди появились темные очертания. Я вытянула руки. И через мгновение мои ладони коснулись его.
Мы бросились друг к другу одновременно. Я прижалась к груди принца, а он обнял меня так крепко, словно боялся, что я исчезну.
Я поднялась на цыпочки. И стоило нашим губам слиться в поцелуе, как вокруг всё вспыхнуло, будто охваченное пламенем.
Я открыла глаза и сощурилась от яркого света.
– Ниа!
Первым, что я увидела, было встревоженно-обрадованное лицо Кириана.
Я лежала на кровати в той же комнате, где когда-то жила в покоях принца. Рядом стояло два стула, один из которых занимала Августина.
– Слава Эору! – воскликнула она.
Теперь они оба с Кирианом смотрели на меня во все глаза. А я не понимала, что происходит. В голове было пусто. Я помнила… туман? Я была в лесу, окутанном туманом. Нет, это мне приснилось. А вот что было до этого?
Я разлепила сухие губы, но ничего не смогла произнести. Августина засуетилась и поднесла к моему рту кружку с водой. А Кириан пояснил:
– Ниа, тебя поразило отравленной стрелой. Делайла отказалась говорить, что за яд. Но в компанию к лекарям я пригласил Беренику, и она смогла определить. Только даже после того, как мы начали давать тебе лекарство, ты несколько дней не приходила в сознание.
Береника знала, что за яд. Но, видимо, сделала вид, что поняла по симптомам, чтобы не подставлять своих знакомых травников. Да, теперь я вспомнила. И стрелу эту тоже вспомнила.
– А… Ал… – с трудом выговорила я.
Мне хотелось знать, жив ли он. И Кириан понял мой вопрос по взгляду. Лорд вздохнул.
– Он еще борется, но… Его задело сильнее, и… – он выдохнул. – Надо готовиться к худшему, Ниа.
Нет! Нет, нет, нет!
Глаза зачесались, и я бы вот-вот разревелась, если бы в комнату не влетел молодой слуга.
– Ваше Высочество, – прокричал он с порога. – Принц Алтимор очнулся!
Августина ахнула и кинулась было к двери, но на полпути остановилась. Словно спиной почувствовала, что я попыталась встать.
– Ниа, куда? Тебе нельзя!
– Кириан, – я посмотрела на него с мольбой.
Мое тело не хотело слушаться. Обмякло и разбухло, как хлебный мякиш в воде. Даже не представляю, как я сейчас выглядела!
– Нет, – отказался лорд. – Лежи, пока мы все не выясним.
Я снова напряглась, пытаясь хотя бы сесть, но не смогла и этого. Оставалось лишь беспомощно откинуться на подушки.
– Ты давай тогда иди к нему, – сказала Кириану Августина, – а я останусь с Нией. Тебе, моя милая, надо хоть бульона выпить.
Она достала колокольчик и позвонила, чтобы пришли слуги.
Голода я не чувствовала. Только тревогу и робкую радость. Неужели он и правда жив?!
– Ав-густина, – позвала я.
– Да, моя милая?
– Прошу, пере-передай ему…
Она легонько похлопала меня по руке.