Огги нахмурился. Если бы я не знал, что он всего лишь школьник, то решил бы, что ему лет двадцать пять, не меньше. Не то, чтобы он так солидно выглядел, просто казалось, будто он уже успел устать от жизни.
— Много ты знаешь? — спросил он так, будто разговаривал с человеком на добрый десяток лет себя младше. Потом его лицо вдруг просветлело. — Может, знаешь какую-нибудь группу, которая бы хотела поехать в мини-тур? А то наш концертный менеджер такой вредный, я ж ему ещё не сказал… Он сожрёт нас с потрохами. Там у вас в универе же, наверняка, есть группы, из школы Штейндхардта[i], например…
— Откуда ты знаешь, где я учусь? — удивился я.
Он улыбнулся, как кот, слопавший весь запас хозяйской сметаны.
— Видел тебя с девушкой. У неё был значок на рюкзаке. Ну, и ты похож на студента.
— Может, и мою специальность угадаешь? — мне почему-то зацепила эта информация. Это я же охотник! Никто не может наблюдать за мной!
— Это нет, это было бы слишком.
— Ладно, — я немного успокоился и переключил свои мысли на фразу, произнесённую парнем некоторое время назад. — Я знаю группу.
Огги и, правда, очень обрадовался, когда я сказал, что и сам пою в группе, и нам бы не помешали несколько новых концертов. Пока он записывал на листе из блокнота координаты человека, с которым нужно связаться, а также что именно нужно ему говорить, я думал лишь о том, какие лица будут у всей группы, когда ребята узнают, что я организовал им тур. Особенно мне хотелось видеть выражение Нильса, который давно считал меня никчёмным и бесполезным приложением к группе.
[i] Один из колледжей Нью-Йоркского университета
Я расстался с сыном Сидни Дарвелла, который хотя мне и не особо понравился, зато оказался более чем полезным. Напоследок он сказал, что сам позвонит менеджеру и порекомендует нашу группу (мне пришлось рассказать о нас), но, на всякий случай, я должен буду позвонить менеджеру и сам, и, причём почти сразу после того, как Огги сообщит ему об отказе от тура. Чтобы «взять его тёпленьким».
Воскресный день оказался насыщенным на события, поэтому, как только я покинул дом Огги, почувствовал себя уставшим и поехал прямиком в кампус с намерением завалиться в кровать, несмотря на то, что был ещё даже не вечер. Но моим планам не суждено было сбыться.
Такси довезло меня прямо к входу в общежитие. Я рассчитался картой, попрощался с водителем и вышел на свежий воздух, но вдруг от здания отделилась фигура и резко двинулась в мою сторону.
— Ты меня бросил посреди Нью-Йорка на произвол судьбы! Кто ты после этого? — ты прихватил меня под локоть и потянул за собой. Несмотря на кажущееся раздражение, на твоём лице сияла улыбка.
— Прости, но я думал, что это ты меня бросил, — возмутился я.
— Что ты? Когда это я тебя бросал? А вот ты вечно убегаешь от меня, как от чумного.
Я не хотел признавать этого, но то, что ты говорил, было правдой. И мне стало стыдно перед тобой.
— Я… я больше тебя не брошу.
— Спасибо, — похоже, тебя тронуло моё обещание. — Клянёшься?
— Да, обещаю.
Ты просиял ещё больше и похлопал меня по спине. Мы обошли общежитие и остановились в небольшом закутке, между задней частью здания и низким кирпичным строением — то ли складами, то ли трансформаторной будкой. Ты достал из кармана пачку сигарет.
— Ты ждал меня у общежития? — мне показалось это удивительным и одновременно трогательным. Вдруг бы я пришёл только через несколько часов?
— Ага, — ты кивнул, а потом вытащил две сигареты, одну из которых зажал губами, а вторую протянул мне. Я чисто машинально взял её.
В этот момент я заметил, какой у тебя замёрзший вид. Ты переминался с ноги на ногу и периодически подпрыгивал на месте. Наверное, ты прождал меня довольно долго. Я почувствовал себя виноватым в том, что ничего не сделал, чтобы ты не мёрз. Я протянул руку к твоей, чтобы проверить, насколько холодные твои пальцы, торчащие из неизменных чёрных митенок. Но ты отдёрнул руку.
— Почему ты никогда их не снимаешь? — спросил я, стараясь не обижаться на твой жест. Быть может, у него была иная причина, чем выражение неприязни ко мне.
— Тут нежарко, если ты не заметил, — ухмыльнулся ты, прикуривая сигарету зажигалкой.
— Не сейчас. Вообще?
Ты помолчал, взял своими ледяными пальцами мою свободную от сигареты руку и вложил в неё зажигалку.
— Это мой секрет. Кури, давай.
— А… понятно, — я постарался скрыть разочарование в голосе. Секрет? Конечно, я тут же загорелся идеей узнать его, но на то, что ты расскажешь его мне, рассчитывать не стоило.
Мне не хотелось отделяться, поэтому я поджёг сигарету и затянулся. Но тут же начал кашлять. Я ничего не смыслил в табаке, но запах показался мне всё равно необычным. Ты похлопал меня по спине. Сквозь завесу дыма я заметил, что ты улыбаешься.
— Не смешно, — проворчал я, на секунду перестав кашлять.
Когда я более-менее пришёл в себя, ты подошёл ко мне вплотную и стянул одну из митенок. То, что я когда-то принял за татуировку оказалось красным ожогом, занимавшем всю тыльную сторону ладони. Я разглядывал его всего пару секунд, а потом ты снова спрятал руку в перчатку.
