Я попытался сдвинуть брови в возмущении, потом передумал и изобразил раздражение. Но на самом деле меня трясло, и я с трудом скрывал это. Общение не задалось, надо было скорее уносить ноги, пока всё не вышло из-под контроля. Но вот только как это сделать так, чтобы не выдать себя?
— Не понимаю, о ком речь, — процедил я сквозь зубы.
— Ну как же? — возмутилась Джемма. — Он всё бегал за тобой, как собачонка, а потом пропал!
— А я тут причём? — я старался не поддаваться эмоциям, но слова Джеммы задели за живое. Неужели она всегда так обо мне думала? — Сама же сказала, что он бегал, — я выделил голосом местоимение, — и он пропал.
— Да ладно! Ты же издевался над ним с самого начала! А он наивный, думал, что если будет ходить за тобой по пятам и повторять всё, то подружится с тобой. Как будто ты — пуп земли. Но он хоть и глупый, но добрый парень, и не заслужил, чтоб с ним так обращались.
Наверное, на нас таращились не только Викки и Джордан с приятелем, но и другие посетители культурного центра, проходившие мимо. Но моё зрение сузилось только до ярко рыжего пятна, обвинявшего меня в том, чего я не совершал, и одновременно проходящего по всем моим самым больным местам. Мне уже было не до соблюдения тонкостей твоей личины, я еле держал себя в руках.
Появившаяся у лестницы группа озиравшихся на нас студентов заставила Джемму ненадолго замолчать. Мне хватило этого, чтобы сделать глубокий вдох и медленно выпустить воздух через нос. Я посмотрел на парней.
— Короче, я иду в пиццерию и надеюсь, этой чокнутой там не будет.
Я развернулся на каблуках и, не оборачиваясь, пошёл вниз. В этот миг мне было уже всё равно, последует ли за мной кто-то. Лишь бы это была не Джемма.
Самообладания хватило ровно на один этаж. Я обернулся назад, услышал пролётом выше знакомые голоса, спускавшиеся вниз, и метеором завернул за угол. Из распахнутых дверей мужской уборной вышел Росс. Он чуть не прошёл мимо, но всё-таки заметил меня, и его лицо просияло.
— О, привет, Фер! Что ты здесь…
— Не сейчас, — перебил я его и позорно спрятался в уборной.
Только просидев там минут пять, я понял, что загнал себя в тупик. Что, если Росс остался ждать меня в коридоре? Как мне выскользнуть незамеченным?
Я подошёл к окну, открыл его и высунул голову наружу. Высота четвёртого этажа охладила мой пыл и заставила передумать сбегать таким образом. Я зашёл в одну из кабинок, опустил крышку унитаза, сел и обхватил голову руками. Ситуация казалась безвыходной, хотя, если бы я успокоился, то понял, что ничего страшного и не случилось. Даже если Росс никуда не ушёл, я могу проскользнуть мимо и объяснить, что спешу куда-то. И Джемму с её новыми друзьями я точно так же могу проигнорировать: может, мне расхотелось идти в пиццерию или появилось срочное дело. Но даже такие простые решения не приходили в голову. Я снова подумал об окне, представил, как лечу с четвертого этажа и грохаюсь на асфальт… Вокруг собираются все вышеупомянутые люди с искренним недоумением, что со мной произошло. Если я выживу, смогу ли сохранить тайну, кто я такой? А если умру, опознают ли мой труп, как твой?
Нет, определённо умирать мне не хотелось, тем более так. Я вышел из кабинки, подошёл к зеркалу и вывернул холодный кран. Отражение выглядело вполне сносно, разве что лицо было чуть бледнее, чем положено, и на нём застыло выражение мученика. Я несколько раз плеснул на себя ледяной воды, пригладил волосы. Может быть, позвонить тебе, сказать, что у меня неприятности? Нет, признаваться в том, что меня напугала какая-то девчонка, мне не хотелось. Да и что ты мог изменить?
Решив, что слишком долго сидеть в уборной — не лучшая идея, я осторожно приоткрыл дверь. Росса не было видно. В коридоре вообще было тихо и безлюдно. Я вышел, заглянул за угол, убедился, что и на лестнице никого, и тогда выбрался из укрытия и пошёл вниз. Навстречу попалось несколько студентов, но их лица были мне незнакомы. Правда, один из них поздоровался со мной, но, к счастью, в его планы не входило заговорить, и я проскочил на улицу без новых неприятностей.
Я перебежал дорогу и оказался в парке. Ещё пять минут назад я только и мечтал, как бы исчезнуть с территории кампуса, но сейчас я почти успокоился и решил, что ты огорчишься, узнав, насколько сильно я провалил задание. Ведь меня хватило всего на пару минут общения с твоими приятелями! Поэтому я решил сделать вид, что просто разминулся с ними, на случай, если ты наблюдаешь из какого-нибудь укромного места.
Меня посетила мысль позвонить тебе и отчитаться, спросить, продолжать ли мне общение, если так вышло, что мы случайно разделились. Я полез в карман за телефоном, но вдруг услышал из-за спины голос:
— Френсис Траскотт! На этот раз я уверен, что это точно ты!
