– Также мы позаботимся о том, чтобы рыцари первого императорского ордена охраняли его в госпитале. Надеемся, это не помешает вашей работе? – советник интересуется у главы лекарей.
– Ни в коем случае, мы понимаем важность данного случая и сами готовы обеспечить Его Высочество охраной.
– Лорд Артес, думаю на некоторое время ваш запрос придётся отложить, – теперь ко мне обращается секретарь. – Император надеется вы понимаете причину?
– Конечно, я останусь здесь и буду следить за принцем, – я склоняюсь перед советником и секретарём.
– Мы рады вашей сознательности лорд Дамиан. А теперь нам пора возвращаться во дворец с докладом для императора.
Советник и секретарь покинули госпиталь. Палату Грациана прибрали и меня пропустили внутрь. Когда я осмотрел я и наконец, подошёл к постели Грациана, то увидел мертвецки бледного принца, лежащего на белых простыня и практически сливающегося с ними. Да и дышит он так медленно, что его легко принять за труп.
Там на балу, когда у Грациана из глаз и ушей пошла кровь, мне с помощью магии удалось ненадолго остановить кровотечение. Но думаю, крови он все равно потерял не мало.
Я подхожу к его постели и задаю единственный вопрос, который он вряд ли услышит.
– Что ты натворил Грациан?
На самом деле вопросов у меня гораздо больше. Начиная от того, зачем к нему приставал Деметрия и заканчивая моментом, когда Грациан выпил яд. Кто или что заставило его это сделать? Граф Хэмиль хороший следователь, но вряд ли он станет слишком уж глубоко копать.
И все-таки кому нужна смерть Грациана? И почему не был выбран другой более сильный и редкий яд?
Что-то здесь не так. Начиная от странного поведения принце и заканчивая этим отравлением.
Грациан уже давно начал вести себя странно. Но последние два дня он ещё и меня начал избегать. А если мы все-таки встречались, он болтал какую–то чепуху.
После короткого стука, дверь открылась и вошла медсестра. Она подошла постели принца, проверила его сердцебиение, поменяла артефакт помогающий восполнять кровопотерю. А затем, поправив простыни, которыми укрыт Грациан, покинула палату.
Мне осталось только ждать, когда в себя придёт принц.
Горит… Все горит… Каждая клеточка тела словно в огне. Очень больно. Настолько, что я готова взреветь. Но если мне больно, то наверное я ещё жива? Но уж лучше бы я умерла, чем чувствовать такие мучения.
– Что с ним? Почему у принца поднялся жар? – сквозь болезненный туман, я слышу голос Дамиана. Мой любимчик беспокоится обо мне? Где же он был раньше?
– Вызовите господина Итана! – кто-то слишком громко кричит надо мной.
От новой волны боли я вся сжимаюсь. Почему я вся горю? Что со мной? Это из-за яда? Не помню, страдала ли так от него Валерия.
– Грациан? – голос Дамиана звучит где–то рядом, на мой горячий лоб опускается ледяная рука. Я облегчённо выдыхаю. – Прости…
Ещё одна рука ложится мне на грудь. Я чувствую лёгкое давление и тут же резкий холод, который пробирает до костей. Не знаю что больнее, жар или холод. Сознание не выдерживает, и я проваливаюсь в пустоту.
Может, я просто умру, и все закончится?
– Лорд Артес, жар принца не связан с ядом, – листая записи в толстой папке, отвечает Итан Браун. Он маг, вызванный на помощь лекарями госпиталя из магической башни.
– Тогда с чем он связан? – я сверлю взглядом мага. Слишком много разных слухов витает вокруг этого человека. Начиная от его достаточно неординарного характера и заканчивая возможными опасными экспериментами, которые он проводит. Мне он совершенно не нравится, но как маг он гораздо опытнее и возможно даже сильнее меня. А так как он служит башне, то находится под действием клятвы императорской семье. Навредить Грациану он не сможет.
– Лорд Артес, я пока не знаю, – беспечно пожимает Итан Браун плечами. Он закрывает папку громким хлопком и убирает очки, висевшие на кончике носа, в карман халата. Думаю, когда-то он был белым, но сейчас покрыт какими–то пятнами и посерел, словно его, ни разу не стирали. – Единственное, что могу посоветовать, больше не охлаждайте так резко принца. Вы ему чуть не сердце не разорвали перепадами температур.
– А если опять поднимется температура, что делать?
– Вообще–то я не думаю, что это случится снова, – Итан чешет затылок.
– Почему вы так считаете? – этот маг меня раздражает. Неужели из башни нельзя было вызвать кого–то более ответственного.
– Милорд, посмотрите на принца, ему стало лучше, – Итан беззаботно машет папкой в сторону Грациана. – Его лицо больше не бледное, и дыхание ровное. А артефакт измеряющий сердечный ритм, показывает удовлетворительные данные. За прошедшие два дня его состояние улучшилось.
– Есть прогноз, когда он очнется?
– Не могу сказать точно, – маг широко улыбается, – но думаю уже скоро.
– Советник Его Величества хочет получить от вас отчет о лечении принца, – сообщаю Итану. Я смотрю на похудевшее лицо Грациана и сжимаю губы. Да выглядеть он стал лучше. Но это не значит, что опасности больше нет.
