Несколько бойцов рассмеялись, но лейтенант прикрикнул:
– Отставить! Рядовой Семёнов, делаю вам замечание. Здесь нет никаких шкетов и недомерков. Есть отряд бойцов Красной армии, выходящий из окружения. И никакой он вам не Юрок, а Юрий… Как там тебя по батюшке?
– Иванович, – растерянно ответил Юра, отчеством которого ещё никто никогда не интересовался.
– Юрий Иванович – проводник, назначенный командиром отряда, и обращаться к нему положено либо «товарищ проводник», либо по имени и отчеству. – Лейтенант перевёл дыхание и уже более спокойно продолжил: – Это всех касается. Или мы толпа, которая бредёт абы куда, или отряд красноармейцев, пусть и потрёпанный, но организованный, следующий воинскому порядку и армейскому уставу. Попрошу об этом не забывать. Без дисциплины мы толпа мужиков с винтовками, а с дисциплиной – войско.
Смех как отрезало. Бойцы подтянулись, поправили на плечах винтовки и вещмешки. И мальчик вдруг увидел не оборванных людей с измученными лицами, а именно боевой отряд, пусть небольшую, но часть настоящей армии.
«Что-то есть в болоте завораживающее, – думал Юрий, разглядывая на ходу сгнившие, покрытые зелёным мхом, деревья, кочки с клюквой, хвощи и папоротники. – Какое же оно спокойное! Да и кто в него сунется – дураков нет. Идиллия».
– О, клюква! – раздался сзади возглас кого-то из бойцов. – Братцы, смотрите! Сейчас наберу к чаю. – И боец шагнул в сторону безобидной полянки, заросшей красными ягодами.
– Куда?! – закричал Юра, удивляясь тому, какой у него, оказывается, сильный голос. Он и не думал, что умеет так орать. Голос будто не принадлежал ему, а жил сам по себе. И Юрию это нравилось. – Назад! Ни шагу в сторону!
– Да я… – начал было любитель ягод.
– Молчать! – не унимался Юрий. – Встать в строй! На тропинку, где я прошёл. – Он отдышался и, подражая командиру, добавил: – Это всех касается.
– Слушаюсь, товарищ проводник, – очень серьёзно, без тени усмешки или снисходительности сказал лейтенант. – Ведите нас дальше.
Юре вдруг стало стыдно: он кричал на взрослого мужчину, как будто тот мальчишка с соседнего двора.
– Извините, – пробормотал он, – здесь топь. А дальше ещё уже тропинка будет.
– Юрий Иванович, – так же серьёзно продолжил лейтенант, – все всё понимают. Ведите нас дальше.
– Болото ошибок не прощает, – ни к кому конкретно не обращаясь, сказал мальчик и двинулся дальше.
Спустя полчаса отряд вышел на большую, с деревьями, поляну.
– Уже пришли? – поинтересовался лейтенант.
– Нет, ещё с километр до твёрдой земли будет. Но здесь безопасно, можно передохнуть.
– Стемнеет скоро, не до отдыха, – негромко сказал лейтенант, но всё же скомандовал:
– Отряд, привал двадцать минут.
Юра присел на большую косматую кочку, и вдруг его словно окатило холодной водой: он забыл, как идти дальше! А ведь дальше – самое сложное: узенький проход шириной метра полтора. Один неверный шаг – и смерть.
«Дедушка, дедушка! Слева мы обходили эти пять осин или справа? Не помню!»
– Что-то случилось? – обеспокоенно спросил лейтенант. – Что ты так побледнел?
– Забыл, – блуждая взглядом по осинам, сказал мальчик, – не помню: то ли между первой и второй осиной слева проход, то ли между четвёртой и пятой справа.
– Успокойся, – посоветовал лейтенант, – сядь, прислонись спиной к дереву, закрой глаза, расслабься – и забудь совсем про эту топь, про проход, про то, что скоро стемнеет. И посиди, ни о чём не думая. Слушай, как птицы поют, как деревья скрипят. Представь, что у нас вагон времени и мы никуда не спешим. На самом-то деле ты знаешь, куда идти, нужно просто освободить сознание, чтобы это вспомнить.
– Товарищ проводник, – раздался знакомый голос разбитного бойца Семёнова, – ты извиняй меня, если что: я же шутил от нервов. Не обижайся.
– Шутил? – Юрий открыл глаза и ошарашенно посмотрел на Семёнова.
– Конечно, шутил. Ты парень боевой. Молоток! – продолжил тот.
Но мальчик, не обращая внимания на Семёнова, вскочил на ноги. Как шутил дедушка на этой поляне? «Кто куда, а я налево».
– Туда! – уверенно показал он лейтенанту. – Налево.
– Вот и хорошо, – кивнул лейтенант. – Привал окончен!
Уже в сумерках отряд вышел наконец на твёрдую землю. Промокшие, измученные до предела бойцы нарезали елового лапника и завалились спать, не забыв выставить боевое охранение.
«Завтра будем в Сухиничах», – засыпая, подумал Юра.
С утра впереди вместе с проводником шёл лейтенант, время от времени советуясь с ним и сверяясь с картой.
– Так далеко я не ходил, – ответил Юра на очередной вопрос о правильности пути на Сухиничи. – Направление дедушка показывал, а дальше – не знаю.
– Ничего, выйдем куда надо, – вздохнул лейтенант, – компас есть, карта хорошая. Тут главное – правильно азимут проложить, потому что… Отряд, к бою! – вдруг скомандовал он. Затем толкнул Юрия к ближайшему стволу дерева: – Стой здесь!
Сам же лейтенант укрылся за здоровенной – в обхват – сосной и крикнул в направлении колышущихся кустов:
– Стой, кто идёт?
– Свои, – донеслось оттуда.
– Какие свои? Номер части!
– 279-я дивизия 50-й армии. А вы кто?
