Денису душно. Ощущение, будто он застрял в том самом вакууме, в тягучей смоле. Он слышит писк и неприятный, набивший оскомину ещё с самого детства, больничный запах. Титов пытается открыть глаза, но получается это, кажется, только с пятой попытки.
Тело ощущается ватным, картинка плывёт, медленно формируясь во что-то более-менее адекватное. Где он? Он ведь был в пещере. А потом — хранители и темнота.
Светлый потолок, белые стены, жалюзи плотно закрыты. Он в больнице. Чертовски хочется пить.
Титов пытается отыскать воду, но взглядом натыкается на взволнованный, но счастливый взгляд таких знакомых глаз.
— Игорь? — хрипит Денис, ещё в полной мере не осознавая, что произошло.
Его личная двухметровая сиделка весело усмехается, хотя по покрасневшим глазам Титов сразу понимает, что Гром плакал, и это диссонирует с реальностью ещё больше.
— Я тут, значит, уже пятый день у его койки дежурю: ни поспать, ни посрать отойти, а он глаза свои бесстыжие открывает и какого-то Игоря зовёт!
Только сейчас Денис замечает светлые кудряшки и совершенно не Громовский озорной прищур.
— Макс! — произносит он, в полной мере даже не понимая, почему это имя всплывает в голове.
— Ну вот, — улыбается тот. — Молодец, Дениска-редиска. А то я-то уж решил, что они тебе там в башке что-то повредили.
— Что произошло? — хрипло тянет Титов, с благодарностью выпивая из рук Максима стакан воды.
— А ты ничего не помнишь? — спрашивает тот, снова подозрительно прищурившись.
Денис машет головой.
— Ну как же! Экспериментальное лечение. Они тебе операцию сделали. Но ты в кому впал. Доктор говорил, что, наверное, уже не очнёшься, отключить тебя хотел. Но я же — сука упёртая. Как и ты. Знал, что ты меня не бросишь. Ты же обещал, Дэнчик.
На Титова водопадом обрушиваются воспоминания, да так, что в голову похлеще героина даёт. Он сжимает чужую ладонь так, что Максу больно, наверное, но он руку не отнимает, улыбается только, а глаза блестят от слёз. Денис чувствует, что и сам поплыл, но остановить этот поток соплей он уже не может.
— Макс, сука, это пиздец какой-то… Кольцов, блять, как же я рад тебя видеть!
И Денис рассказывает всё, что с ним произошло. До каждой детали выкладывает и смотрит, как Максим заливается смехом.
— Вот это, братишка, тебя вштырило, конечно, не по-детски.
Денис хмурится обиженно, но чисто для вида.
— Ой, да пошёл ты.
Кольцов и идёт, наклоняется ниже и целует. Так жарко, до дрожи в коленках и сердца, колотящегося в груди.
Он так чертовски рад, что всё уже позади.
— Может, я это, — фыркает Титов, — по посмертию гулял всё это время.
Макс смотрит на него как на полного идиота.
— Так уж и быть, прощу тебе, что развлекался там с другим.
— Чисто теоретически… — начинает Денис, но Макс снова затыкает его поцелуем.
И всего на секунду Титову кажется, что он снова слышит уже знакомые голоса.
«Когда просишь не для себя, всегда получаешь гораздо больше!»
А может быть, это просто ветер за окном.