Мало того, существовал план застройки исторической части старого города особняками и гостиницами. Археологи Общества не протестовали против строительства гостиниц, но требовали учитывать «дух места» и не сносить памятники старины, как был снесён дом Павловского, на территории которого нашли ценнейшие берестяные грамоты двенадцатого века, а также десятки других – более ценных с культурной точки зрения – старинных строений.
– Или чего стоит проект дирекции национального музея «Валдайский», – добавил Сундаков, – заменить Игнач-крест, дойдя до которого, по легенде, Батый развернул коней? Такое впечатление, что автор монумента – личный скульптор какого-то местного «авторитета». В эскизе памятник напоминает модные монументальные работы «великого зодчего всех времён и народов» Церетели. Приедешь, посмотришь. Или нет желания постоять за наши корни исторические?
– Поеду, – подумав, ответил Олег.
И поехал. Утром семнадцатого августа он был уже в Новгороде.
Северцеву стукнул тридцать один год.
За высокий рост его ещё в школе прозвали Оглоблей, хотя атлетом он не выглядел. При том всегда мог за себя постоять. Волосы у него были чуть темнее русых, а длину их он варьировал – то отпускал до плеч, то укорачивал до сантиметра. Серые глаза Олега всегда смотрели прямо и открыто, что говорило об изначальной доброжелательной настроенности путешественника, но если взгляд его загорался холодным огнём предупреждения, с ним лучше было не связываться. Много лет он занимался русскими единоборствами, владел барсом[12] и всегда мог окоротить обидчика, а то и двух-трёх.
В Новгороде Северцев бывал не однажды, так как в начале своей карьеры путешественника участвовал в археологической экспедиции профессора Дёмина, изучавшей курганы Новгородской губернии. Сойдя с поезда, он собрался было поймать частника, чтобы доехать до гостиницы «Береста» на Студенческой улице, где он уже останавливался, и в этот момент напротив него у тротуара остановилась старенькая чёрная «Волга». Олег обратил внимание на её номера – машина была зарегистрирована в Челябинске, но тут же забыл об этом, глядя на двух монахов в чёрных рясах и клобуках, вылезавших из машины.
Один был старый, седой, сгорбленный, глядел исподлобья круглыми совиными глазами. Второй выглядел спортсменом, шагал упруго и широко, пряча руки в складках рясы. У него были тонкие усики, аккуратная бородка, хищный нос и не просто прозрачные, а чуть ли не белые глаза, в которых мерцал огонь жестокой воли и неприветливости.
– Олег Васильевич Северцев? – спросил он, останавливаясь в трёх шагах от Олега.
– Он самый, – кивнул путешественник, недоумевая, откуда монахам известны его имя и фамилия.
– Приятно познакомиться. Мы наслышаны о вас.
Олег поклонился, не зная, что ответить. Монахи ему не понравились, он чувствовал их странную недобрую силу, хотя служители православной веры всегда вызывали у него если не уважение, то благорасположение. С некоторыми из них он был даже дружен, в том числе с келарем Новгородской церкви Успения Богородицы.
– Вы, наверное, прибыли на съезд Общества любителей старины? – продолжал монах с бородкой как ни в чём не бывало, словно молчание Северцева ничего не значило. – Можем подвезти до гостиницы.
– Собственно, вы по какому делу? – не выдержал Олег. – По-моему, мы не знакомы и раньше не встречались.
– Вас знают наши прихожане, этого достаточно. Вы поедете в гостиницу? Или остережётесь?
Северцев оглядел монахов, пожал плечами. Он уже давно никого не боялся, хотя предпочитал знакомиться с людьми по собственной инициативе.
– Поехали.
Монах помоложе распахнул дверцу «Волги», и Северцев заметил, что на правой руке у него чёрная кожаная перчатка. Захотелось отказаться от поездки, но он пересилил чувство неприязни, залез в кабину.
Молодой монах сел впереди, рядом с водителем в кожаной куртке, круглоголовым, коротко стриженным. Оглянулся, заметил взгляд Северцева, показал белые острые зубы. Кивнул на свою руку в перчатке:
– Протез.
Олег промолчал.
Служитель церкви постарше сел рядом. «Волга» тронулась с места.
– Хотелось бы всё-таки прояснить ситуацию. Чего вы от меня хотите?
– Таким вас и описали, – с прежней холодной улыбкой оглянулся молодой. – Вы предпочитаете сразу брать быка за рога. Хорошо, и мы не будем тянуть кота за хвост. Вам знаком этот молодой человек?
Монах протянул цветное фото.
