– Это сейчас было оскорбление? – спросил Ун Шин и замер с приоткрытым ртом. – Ускорить твою смерть?
– Этим ты меня уже не напугаешь, – твердо сказала Минна и достала из кармана телефон. – Нужно написать Руми и попросить ее найти в папке фотографии местного кладбища, сделанные с коптера.
– Зачем? – схватился за фуражку Ун Шин.
– Ты сказал, что Чана похоронена где-то в Тихих Холмах. Как минимум ее тело находится здесь. Но его не нашли, похорон не было, и нет могилы с ее именем. Значит, ее тело подбросили в другую, очень старую могилу. Думаю, профессор Сон Мин давно догадался об этом, но не мог сделать главное – инициировать раскопку могилы. Кладбище занесено в список объектов, охраняемых государством. Потребовалось бы разрешение, а защита трейни Никки в деле о смерти Ан Виёна строилась в обход «некоторых фактов» из прошлого ее семьи, без привлечения лишнего внимания. Я тоже не понимала, зачем нужен снимок кладбища и какое он имеет отношение к исчезновению Никки. Но теперь я думаю, что самое прямое…
– Объясни это мне, – начал закипать Ун Шин, крепко сжимая руль.
– Давай по порядку, – сказала Минна. – Профессор Сон Мин вложил в папку с материалами много информации о деревне Тихие Холмы, где росла Никки. Я не придавала этому особого значения, пока Джиён не рассказала мне, что Никки панически боялась людей в масках черепах. Вспомни маски Таль, похожие на смешные лица или морды животных. Раньше люди использовали их для театральных постановок, но кроме этого – для обрядов и жертвоприношений. Например, чтобы задобрить какого-нибудь призрака или темного квисина. Похожую маску, только из серебра, носит Сухоран. Преследователи в масках черепах, которых так боялась Никки, существуют, и все они – квисины. Более того, я уверена, что это они похитили Никки. Вопрос в том, с какой целью, понимаешь?
– Становится интересно, – прокомментировал токкэби и, потирая мощный подбородок, откинулся на спинку сиденья. – Есть еще что-нибудь?
– Да, – кивнула Минна и продолжила: – У деревни Тихие Холмы своеобразная история. Много веков назад ее жители пытались избавиться от призрака. Каждые двадцать лет он появлялся, чтобы забрать чью-то жизнь, и поджигал поля. Деревню одолел голод, и поэтому ее жители проводили ритуалы на древнем капище. Они хотели задобрить призрака. В папке с материалами даже есть фотографии этого места. Сейчас там находится кладбище. Некоторые могилы на нем – каменные статуи, изображающие людей или разных животных. Когда я заметила темные пятна на статуе мужчины с дощечкой в руках, я сразу подумала, что это запекшаяся кровь.
– Там до сих пор приносят людей в жертву? – рассмеялся Ун Шин и постучал по рулю. – Серьезно?
– Я искала информацию в интернете. Этой фотографии всего двадцать лет. Она была сделала во время полицейского расследования. Тело девушки-подростка нашли на кладбище. Полагаю, ее принесли в жертву. Полиция не связала единичный случай с жертвоприношением. Если верить статьям, интервью и комментариям местных жителей, то в деревне Тихие Холмы было несколько семей, державшихся особняком. Они общались только между собой, странно одевались, странно себя вели. Это похоже на страшилку, но в тот день, когда обнаружили тело девушки, сгорели два дома. Жившие там семьи даже не пыталась спастись. Кто-то читал газету, кто-то ел, кто-то спал. Как будто они были наказаны за то, что не принесли жертву. Возможно, за них это сделал кто-то другой. Не нашли только тела двух подростков. Примерно в то же время родители Чаны, которым, как и убитой девушке, было лет по шестнадцать, уехали из Тихих Холмов. На этом сведения об их прошлом обрываются.
– Они вместе с юного возраста, – подметил токкэби. – Вместе сбежали от своих семей, открыли бизнес. Интересно, где они взяли стартовый капитал. Если ты права и в Тихих Холмах процветает секта, то их могли преследовать, например, потребовать большие деньги или принести в жертву их дочь Чану. Но мне не верится, что приемная мать трейни Никки поступила так с родной дочерью.
– Это легко проверить, – сказала Минна, попутно набирая сообщение Руми. – Достаточно взглянуть на фото кладбища. Расположение статуй древнего капища на виде сверху должно совпадать с расположением шахмат на доске профессора Сон Мина. Я уверена, что есть какая-то система. Тело Чаны, возможно, закопали «под» шахматной фигурой, например, слоном.
– Вроде бред, но звучит логично, – закивал Ун Шин и повернулся к девушке лицом. – Ты хочешь, чтобы я взял снимки карты и шахматной доски, а потом в твое отсутствие сходил на кладбище и раскопал могилу?
– Да-да! – радостно воскликнула она. – Ты же токкэби и можешь все вернуть на свои места так, что смертные не заметят.
– Я могу, но… – запнулся Ун Шин и задумчиво произнес: – Вообще-то я знаю, кто носит маски черепах. И то, что ты рассказала, – это… В общем, меня это совсем не радует. Все очень сложно.
– Кто они? – спросила Минна, подпрыгнув на сиденье.
