– Этот последний, – выдохнула Янми, и квартира вспыхнула за ее спиной. – Какая скука… Может, хоть в Тихих Холмах я повеселюсь?
Именно то, «где мы находимся», решает все. И неважно, считаем ли мы себя частью этого места, или нет.
На Краю Пустоши, на высоком холме, поросшем розовой мюленбергией, возвышался прекрасный белый дом. Все его пять этажей напоминали заснеженные верхушки гор. Это был блуждающий Безымянный Дом кисэн Рим Куён. Здесь его фасад выглядел иначе, не таким скромным и ветхим, каким его можно было изредка увидеть в мире смертных в переулке Крысиный Хвост. А все потому, что на Краю Пустоши облик любой постройки отражал сущность ее хозяина.
Холм окружала Река Смерти, от берега до берега затянутая синим туманом. За ней простиралось розовое поле, где находились Дерево Смерти и домик хранителя реки Кэнэо. Над черной и плотной, как смола, водой мелькали серебряными крылышками мотыльки. Их стайка частенько облепляла собой толстый ствол дерева. Некоторые же залетали в приоткрытую дверь домика Кэнэо и взмывали ввысь вместе со струящимся из трубы дымом.
С веранды третьего этажа Безымянного Дома в направлении поля тревожно смотрела кисэн Рим Куён. Вцепившись в резные перила, она гадала, не откроется ли там, как обычно, портал в мир смертных. Ее длинные волосы развевались на ветру, которого не могло быть в Пустоши, а небо почему-то окрасилось в изумрудный цвет с яркими переливами.
– Не к добру все это! – насторожилась Рим Куён, откинув с лица прядь.
Стоило ей это произнести, как из всех дверей на веранду высыпали существа с жабьими головами и стали прыгать вокруг хозяйки.
– Ветер поднялся! Нас уничтожат! – кричали они, дергая ее за юбку ханбока. – Стоит предупредить всех об опасности!
– Тихо! Нечего сеять панику среди гостей. Вот превращу вас в змей, и не сможете ни ходить, ни разговаривать!
– Хозяйка злится, – захихикали жабы и заползли на стену.
– Какие же вы глупые! – напряженно сказала Рим Куён. – Мне нужно сходить в другое крыло дома и проверить, все ли в порядке с полем бумажных фонарей. Если что-то нехорошее происходит в Лесу Иллюзий, я посоветуюсь с Ан Минджуном! Если он трезвый…
Кисэн оттолкнулась руками от перил и быстрым шагом направилась вдоль длинного коридора, который, подобно лабиринту, разветвлялся в разные стороны. Справа от нее мелькали закрытые двери номеров, а слева – залы с поющими и танцующими квисинами. Гости даже не подозревали, что на Краю Пустоши, в столь надежном месте, как Безымянный Дом, их может поджидать опасность. Когда перед кисэн сами собой раздвинулись двери, ведущие на веранду, откуда хорошо просматривалось поле бумажных фонарей, женщина внезапно передумала и повернула налево, в слабо освещенный просторный зал, расписанный горами, соснами и птицами.
Встав в проходе, Рим Куён уперла руки в бока. В конце зала на мягких подушках сидели вокруг столика Ан Минджун, профессор Сон Мин и отец Минны. Все трое не отрывали взгляда от шахматной доски и задумчиво потирали лбы. Рядом с доской стояли три пустые чаши. Судя по румяным щекам и носам, мужчины изрядно выпили, но Ан Минджун все еще прижимал к сердцу большой черный кувшин с неиссякаемым соджу.
– Эта партия длится уже целый час, – едва ворочая языком, произнес отец Минны, сосредоточенно глядя на расположение фигур. Он сидел посередине и широко зевал, вздрагивая, когда кто-то делал очередной ход.
– Ничего, в Безымянном Доме и на всей его территории время замерло, – ответил Ан Минджун.
– Я все гадаю, куда ты спрятал золотую мэджукчам Хо Юри? – поинтересовался профессор Сон Мин, переставив белого коня. – Как-никак непростая вещица. Когда-то благодаря частичке заточенной в ней возрождающей силы Ан Виёна вы создали Ли Юнхо из огня Водного Дракона.
– Я давным-давно забрал ее у призрака Тэуна, а месяц назад отправил посылкой Ён Сихвану, – ответил Ан Минджун и переместил черную пешку. – На самом деле я не знаю, зачем вообще шаман Ким Дохён подарил ее Юри. Но если верить моим видениям, скоро мы это выясним…
– Хорошо, – сказал профессор Сон Мин, не отрывая взгляда от шахмат. – Ну хотя бы скажи, в какую зачарованную вещь ты заточил силу Ан Виёна!
– Здесь много лишних ушей, – покачал головой Ан Минджун. – Я хочу, чтобы прихвостни Совета Небес побегали, поискали. Вот умора будет, когда выяснится, что они поймали вовсе не меня, а зачарованную мышь. Я намеренно потребовал вызвать в суд Юнхо и Кангиля. Когда придет подходящий момент, Рён перенесет сюда их обоих. Я не позволю Совету Небес ставить какие-либо условия членам династии драконов и использовать Юнхо в своих целях.
– Кто такой этот Рён? – поинтересовался профессор Сон Мин и наконец взглянул на менбусина.
Прежде, чем ответить, Ан Минджун грустно посмотрел на пустые чаши, открыл крышку кувшина и разлил всем соджу.
