– Таково мое настоящее лицо. Больше нет необходимости скрывать его. В молодости я пил, потому что сталкивать людей и квисинов лбами было весело. Повзрослев, я пил потому, что мне все наскучило. Когда пришла старость, я пил из-за чувства вины. А теперь я бы выпил от бессилия. Однако моя собственная судьба настигла меня и отобрала кувшин с неиссякаемым соджу.
– Ан Минджун! – сказал Юнхо, принюхиваясь к старику. – Ты выпил что-то покрепче?
– А ты не чувствуешь? – спросил его Хо Ян и зажал пальцами нос. – В нем минимум пять ведер дешевого человеческого соджу.
– У меня был веский повод, – прокряхтел Ан Минджун и посмотрел вниз – на свои жилистые запястья, связанные золотой цепью. – Я пришел попрощаться.
Юнхо и Хо Ян не сразу заметили эту золотую цепь. Обычно такие использовали Небеса при поимке преступников. Золотая цепь тянулась от рук Ан Минджуна, а ее конец терялся чуть дальше середины лестницы. Воздух в том месте неожиданно загустел, и за спиной Ан Минджуна появились девять мрачных жнецов. Все они были одеты в черные плащи и шляпы с широкими полями. Ярко-алые губы казались пятнами крови на их белых лицах. Самый невысокий и узкоплечий из мужчин, с широко посаженными глазами и треугольным подбородком, шагнул вперед и низко поклонился Юнхо. Ровным и глухим, словно горное эхо, голосом он представился:
– Приветствую вас, бывший наследник Небес. Я Ван Хёль, глава отдела мрачных жнецов. – Дождавшись ответного поклона от Юнхо, он обратился к Хо Яну: – Бывший Палач Преисподней, давно не виделись.
Хо Ян тоже сдержанно поклонился Ван Хёлю, после чего переглянулся с Юнхо. Они определенно сошлись на одной мысли: вряд ли Ан Минджун пришел к ним просто попрощаться. Их отношения с менбусином были не настолько близкими, чтобы этот старый хитрец захотел излить им душу за десять минут до своего официального ареста. Наверняка он ждал от них помощи или хотел о чем-то предупредить.
Мрачные жнецы часто выполняли различные приказы Совета Небес. Например, доставляли провинившихся квисинов на Небесный суд. Юнхо опасался, что, если Ан Минджун попытается удрать, конфликта с мрачными жнецами им не избежать, хотя они уступали по силе драконам и кумихо. Ван Хёль на вид был довольно щуплым и не выглядел опасным противником. Остальные восемь мрачных жнецов внешне сошли бы за его личную охрану. В детстве Юнхо слышал от тети Дуаль, что Ван Хёль возглавил отдел мрачных жнецов еще на заре эпохи Корё[40], задолго до рождения Водного Дракона, и по сей день никто не сверг его с этой должности. За какие качества Небеса держали его при себе столько веков? Что за мрачный жнец, не желающий поскорее отработать прошлые грехи и переродиться? Юнхо даже не представлял, но он мельком видел Ван Хёля во время своей практики на заседаниях в Небесном суде. Глава мрачных жнецов всегда неприметно стоял у входа в зал суда, сложив руки за спиной. Среди квисинов он слыл загадочной личностью. Даже Ли Дуаль толком ничего о нем не знала, хотя когда-то он работал в ее подчинении.
Хо Ян же, бывало, пересекался с Ван Хёлем на улицах Сеула во время погони за нечистью и становился свидетелем разборок между мрачными жнецами и булгэ. Во время таких стычек из-за душ, которые вот-вот могли стать вонгви[41], в бесцветных глазах Ван Хёля проскакивали искры ярости. Тем не менее он был сдержан в эмоциях и никогда не доводил до драки. Хо Ян, как и другие девятихвостые лисы, тоже недолюбливал булгэ, но предпочел занять нейтральную позицию. Как тогда, так и сейчас, он не ждал от Ван Хёля подвоха…
Ситуация на лестнице складывалась довольно напряженная. Юнхо выглядывал из-за плеча Хо Яна и понятия не имел, о чем думал кумихо в эту минуту. Глава мрачных жнецов неподвижно стоял к ним лицом, сложив руки за спиной, а его отряд исподлобья наблюдал за Ан Минджуном. Но сам менбусин, казалось, больше переживал о потерянном кувшине с соджу, чем о своем аресте.
– Я решил сдаться, иначе они бы целую вечность меня искали, – пояснил Ан Минджун, видя замешательство в глазах Юнхо и Хо Яна, после чего оглянулся на мрачных жнецов. – Ван Хёль, повторите, пожалуйста, для этих двух красивых молодых людей, в чем именно меня обвиняют.
Ван Хёля, судя по всему, не задело снисходительное отношение Ан Минджуна. Его кровавого цвета губы слегка разомкнулись, и он еле слышно произнес:
– Менбусин Ан Минджун обвиняется в тяжком преступлении. А именно: в незаконном создании и сокрытии зачарованного предмета. Давным-давно, примерно между эпохами Корё и Чосон[42], Ан Минджун помешал Небесам уничтожить опасного темного квисина, заверив всех в том, что лично обезвредит его. Он сохранил ему жизнь и заточил его силу в зачарованный предмет. Из-за этой вещи темный квисин неоднократно возрождался в мире смертных. Каждое его появление было равносильно эпидемии.
– Вы бы еще припомнили ему Киданьское нашествие[43]! – не удержался от шутки Хо Ян, но Юнхо пихнул его локтем в бок.
