- Торин, не надо, Торин… - Бильбо не успел договорить. Торин обхватил его подбородок ладонью, стиснул его губы, мягкие, сладкие и податливые, как лукум, вынуждая приоткрыть рот. Бильбо вскрикнул громко и надрывно и тут же замолчал, крик как ножом отрезало. Торин щедро влил расплавленное золото ему в горло, отшвырнул ковш в сторону. Обжегся, стирая лишние капли с его губ, и о взгляд хоббита тоже обжегся, едва ли не сильнее, чем о металл. Горящий, умоляющий взгляд, мучительный, полный боли. Торин, не утерпев, коротко прикоснулся губами к приоткрытому рту, почувствовал нестерпимый жар, и отошел к котлу.
В полной тишине он зафиксировал крепления, надавил на тяжелый рычаг. Золото с тихим змеиным шипением потекло по сложной системе труб, выливаясь густым горячим потоком, облизывая задыхающегося хоббита с головы до ног, превращая его в драгоценную статую. Торин стоял поодаль, смотрел, как золото каплет вниз, как застывают тягучие струйки, превращаясь в блестящие сталактиты на кончиках пальцев. Отблески багрового огня играли на статуе.
Тишина стояла такая, будто ему самому металл залили в голову.
Торин медленно подошел. Положил ладони на застывающее золото, еще сохранившее тепло, прикоснулся губами к щеке, лизнул, ощутив безупречную гладкость. И услышал глухой стук.
Почуял еще бьющееся сердце.
Торин выдохнул в тихом ужасе, облился холодным потом и проснулся. Попытался стереть пот с лица и не смог – поперек него разлегся невысоклик. Мешал дышать и жить, уткнувшись головой в шею, худые ребра упирались в живот. Торин усмехнулся и осторожно спихнул с себя Бильбо, уложил рядом с собой, под бок. Стер уголком пальца поблескивающую капельку слюны с его губ. Словно острой иглой прочертили по низу живота, а потом занемело все сладко, захотелось отлить и кончить одновременно. Торин застонал, пытаясь припомнить сон, из которого только что выскользнул. Подробностей Торин вспомнить не мог, хоть убей, но, кажется, снилось, что хоббит вновь взял у него в рот - да так глубоко, что едва не задохнулся. Почти целиком умудрился принять в себя, проглотив послушно всю излившуюся сперму. Торин застонал, стиснув член, едва не спустив в простыни, но сдержался.
Солнце било в высокие стрельчатые окна, в ярких лучах кружились редкие пылинки. Обычно Торин вставал сразу с рассветом, но сегодня ему захотелось задержаться в постели подольше. Рядом тихо посапывал хоббит Бильбо из Шира, и Торин невольно потянул его за прядку волос, накручивая их на палец. Вчера перед сном Бильбо порывался уйти ночевать на кресло, но Торин не пустил. А на попытку прижать к себе, хоббит просто-напросто укусил его за руку, видимо, слова у него кончились. И отполз в самый край к стене, устроился там.
- Замерз ночью? - усмехнулся Торин, погладил его за ухом, - или одиноко стало?
Бильбо нахмурился, приоткрыл глаза, потянулся сладко и с неудовольствием уставился на Торина.
- Выспался? - поинтересовался Торин, предвкушая более близкое знакомство с хоббитом, и приятную разрядку для стоявшего с утра члена. Ни разу не задумывался о том, что это может быть так замечательно - делить постель с кем-то другим. С кем-то сонно моргающим и нежным, приятным на ощупь.
- Отвали, - буркнул Бильбо, оттолкнув его руку. Напрягся, когда Торин поймал его запястье, сжал в кулаке.
- Как спалось? Получше, чем в повозке торговца?
- Отвали, я тебе говорю, - с Бильбо весь сон мигом слетел. - Не трожь меня!
Торин, наплевав на возражение, перетянул его на себя, поцеловал в щеку, не выпуская из рук. Бильбо прятал лицо, сопел и уворачивался, не желая поцелуя.
- Ты мне понравился, - не стал скрывать Торин, выпустил его, поглаживая по округлым плечам. Обхватил за бедра, чуть стискивая их, прохладные и упругие.
- Я не хочу больше. Никогда, - сказал Бильбо, болезненно скривив губы.
- Ты привыкнешь… - Торин потрепал его по шее, провел пальцами вниз, обвел ямочку на пояснице. - Ты будешь сыт, будешь спать на хорошей кровати, станешь покруглее да посимпатичнее, чтобы было, за что подержаться.
- Ты мне отвратителен, - сообщил Бильбо, упираясь ладонями в его грудь. Торин скрипнул зубами, мгновенно схватил его за волосы на затылке и чуть потянул.
- Зачем упираешься, глупый?
- Ты сам-то не сильно умен, - выдохнул Бильбо, изогнувшись вслед за рукой. - Думаешь, это жизнь - торчать в горе взаперти и служить тебе девицей?
- Для тебя неплохо.
Бильбо уставился на него злобно, пожевал губу, но все же проглотил то, что вертелось на языке.
Торин улыбнулся и погладил по обнаженному плечу, стараясь разгладить пальцами уродливый след от удара плетью.
- Если ты не собираешься выпустить меня, а только пользовать по ночам, то лучше мне и вовсе не жить, - сощурился Бильбо. И, вывернувшись, быстро соскользнул с постели, принялся одеваться. Лицо едва исказилось от боли, но хоббит попытался это скрыть. Торин следил за ним внимательно, молчал, дав ему возможность сказать все, что хотел.
