— Тогда почему мы не можем отправиться прямо сейчас? — спросил я у всех.
Все в комнате переглянулись.
— Ты же читал этот документ-сказку? — произнес Питер.
— Да, но пока из нее ничего не понятно…
Романов прошел к окну и выглянул на улицу. Затем повернулся к нам.
— Вчера заходила Арина Родионовна. Я показывал ей бумагу. И она сказала очень интересную вещь… Эту сказку написал отец Пушкина. Вот только проблема в том, что он умер когда Саше было одиннадцать лет.
— И? Хотите спросить у Пушкина, знает ли он что-то про это? — удивился я. — Сейчас он находится в столице под прикрытием. За ним следят не только Кремль и Петр, но и простые СМИ. Петр Первый так его распиарил, что он теперь и шагу ступить не может без камер.
— Миша, мы хотим попросить тебя поговорить с Сашей. Он по-прежнему на нашей стороне. Он нам не враг, — сказал Онегин. — Да, немного неудобная позиция. Но сейчас, наверное, только ты сможешь до него добраться и остаться незамеченным.
— А что с отцом Фанерова? — посмотрел на Женю.
— А что с ним? — тут же набычился он. — Наверное, с ним все хорошо. Но я этого точно не знаю! — и он многозначительно перевел взгляд на Петра Романова. — А я бы уже мог быть во Франции.
— Или мертвым, — ухмыльнулся я чуть тише.
— Че ты сказал? — вскочил он.
— Сядь! — мне сейчас было не до выкрутасов Фанерова, так что я добавил немного энергии в голос. — С вами пойдет мой питомец. Ее зовут Тари. Она вас прикроет и обеспечит безопасность. А сейчас, раз уж вы просите, мне нужен оригинал документа, — я вздохнул. — Да и все. Отправляемся сейчас. Кто-то еще поедет за Фанеровым?
Видимо, моя спешка ввела врасплох всех присутствующих, кроме Жени.
— Я точно еду!
— Михаил… Но мы еще ничего не обсудили… — произнес Романов. — Надо построить план…
— Кто знает Францию?
— Люся, — ответил Онегин.
— Тогда берите еще и ее. Я вызову машину. И заодно возьмите Антона. А то он как пятое колесо. Пусть хоть помогает… — я посмотрел на часы. Хотелось успеть домой до обеда. — Все, поехали.
В огромном зале, где не видно даже потолка, а стены окутаны звездами, за огромным столом сидело множество богов. Кто-то любил принимать истинную форму, в которой он пребывал большую часть своей жизни. Кто-то любил растворяться и находиться в виде бесформенного сгустка. Но все же большинство любило угрожающие виды. Темные короны, излучающие черный огонь. Светящиеся глазницы, утопленные в шлемах. Множество голов, которые менялись, как им угодно.
Тут не было понятия времени и пространства. Все было относительно. Божества появлялись и исчезали, но для большинства присутствующих для корректирования своих будущих действий, обменом информацией и просто сплетнями явка была обязательна.
Каждый восседал на огромных тронах, высоченных, теряющихся в пространстве.
— Ну что, собратья, какие вести из ваших владений? — прогремел голос одного из них, облаченного в длинную мантию с капюшоном, из-под которого были видны только две горящие точки.
— Мои валькирии сообщили, что у древа опять война. Вечно одно и то же…. Почему все так любят сражения? — вздохнул гигант с седой бородой. В руках он держал молот, и как ребенка качал и гладил. При этом в глазах его было привычное равнодушие.
— А мне возводят храмы в четырех мирах, — похвасталась тонкая высокая фигура с огненными волосами. — Хотя могли бы и покрасивее строить! Помню, как это было на одной планете… Вот там были храмы…
Рядом с ней сидел многорукий бог с несколькими лицами. Он только закатил свои многочисленные глаза и добавил:
— Все танец. Все веселье… Мне хватает и парочки миров.
— А где наш горячо любимый Нечто? Неужели опять пытается захватить ту крохотную планету? — хмыкнула фигура сидящая в углу, с огромным посохом и длинными ушами.
Но ответ не заставил себя ждать.
Вход в зал заволокло серым туманом, из которого вышла фигура, облаченная в серые доспехи. За ее спиной тянулся шлейф из такого же серого тумана. Из глаз шел дым. А рот представлял собой дыру, в которой терялся даже свет.
— А вот и наш… — улыбнулся небольшой по сравнению с остальными карлик с крыльями за спиной и палочкой со звездой на конце. Он тут же закрыл рот, как только встретился взглядом с Нечто. Опоздавший без лишних разговоров упал в пустующий трон и скрестил руки.
— Что-то ты не весел, — произнес бородатый бог с молотом.
— А что я должен радоваться?
— Мы слышали, что на одной из твоих планет произошло что-то незапланированное. Кажется, — довольно произнесла огненная богиня. — Как же их называют… Ах да… Человек…
Со всех сторон послышались тихие смешки. Кто был равным по силе с Нечто, этого даже не скрывали. Остальные сдерживались.
— Это был не только человек… — пробубнил Нечто, скрестив на груди руки.
— Ты… Потерял почти всю планету! Какой толк от нее?
— О, мой дорогой брат, Нечто, — ухмыльнулся молчаливый силуэт с рогами. — Эта планета — твое проклятье. Кажется, недавно, тебя оттуда чуть не выкинули? Напомни?
