– А тебе не приходило в голову, что там может быть что-то очень личное?
– Твоё личное закончилось в тот момент, когда ты с нами связалась… А это что?
– Компас.
– Обалдеть можно. Ты рассчитывала заблудиться в лесу?
– И, между прочим, уже блуждала. Завязывай с этим несанкционированным обыском. Нет там ничего… Это ещё что?!
– Фотоаппарат, – просветил Роберт. – Очевидно, хотела сделать памятные снимки на фоне польских сокровищ…
– Но он не мой.
Мужчина замер с крошечной камерой в руке и напряжённо уставился на Александру.
– Точно не твой?
– Мой – полупрофессиональный, а это – обычная мыльница, – оскорблённо заявила девушка. – Я такими не пользуюсь.
Роберт стиснул вещицу и железным тоном скомандовал:
– Выйди из комнаты.
– С чего вдруг? – возмутилась Александра.
– Ты что, не понимаешь, что это может быть?
В его голосе было столько напряжения, что она наконец сообразила. По позвоночнику пробежал холодок, сердце замерло, желудок оказался где-то в районе горла. Она уставилась на камеру и лишь спустя полминуты перевела взгляд на Роберта.
– Никуда я не пойду, – хрипло выдавила Александра. – Если это – то, о чём ты думаешь, то оно направлено против меня. Мне и рисковать. Ты иди, а я попробую включить.
Мужчина посмотрел на неё с таким возмущением, что девушке даже стало неловко.
– Быстро поднялась и вышла из номера. Зайдёшь через пару минут. И не вздумай стоять под дверью!
Александра, дрожа всем телом, исполнила приказ, но отходить далеко всё же не стала. Мысль о том, что он там сейчас рискует жизнью, не давала покоя, и девушка постаралась сосредоточиться на стрелках настенных часов, очень удачно повешенных напротив её номера. Когда прошло полторы минуты, она осторожно заглянула в комнату и обнаружила Роберта, преспокойно ковыряющегося в камере.
– Мог бы сказать, чтобы я зашла, – обиженно протянула Александра, устраиваясь рядом. – Или не хотел, чтоб я видела, как ты седеешь?
– Ещё пара дней общения с тобой, и я лысеть начну. Вот, смотри, здесь куча снимков. Угадай, кто на них изображён?
Она взяла фотоаппарат и вгляделась в знакомое лицо.
– Анжела. Ну, и что с того? Зачем мне это подбросили?
– Вот зачем. – Он перемотал несколько снимков и продемонстрировал ей совсем другие. – Обрати внимание на ракурс, за ней явно следили.
Александра кивнула, соглашаясь. Девушку снимали на улице, возле дома, на работе, был запечатлён даже тёмный силуэт в окне. Создавалось ощущение, будто за Анжелой ходили по пятам как минимум несколько дней. Неужели она ничего не замечала?
– Так, может, это тот самый Игнат, который теперь сидит за убийство? Все говорят, что парень он со странностями, Анжелу обожал, постоянно за ней бегал…
– На последний кадр взгляни, – вкрадчиво посоветовал Роберт. – Никого не узнаёшь?
Композиция была весьма интересной. Снимали в тёмное время суток, вокруг лежал снег, а Анжела выходила из дома. Это могло быть как утром, так и вечером, определить точно не было никакой возможности, впрочем, и необходимости тоже. Недалеко от девушки располагались куцые кусты, в которых и прятался фотограф – невысокий, одетый в пуховик и чёрную шапку.
– А кто снимал? – оторопела Александра.
– Вот именно. За Анжелой следили двое – один в кустах, другой – его снимал. Спрашивается, зачем?
– Чтобы шантажировать, – логично предположила девушка. – Или так, для себя.
– Ты по-прежнему не понимаешь, кто это?
Она вгляделась в силуэт, который действительно казался смутно знакомым, и отрицательно покачала головой.
– Слишком темно, и сидит он почти спиной.
– А если представить его в гараже, рядом с машиной и…
– Отчим Игната!
– Я в тебя верил, – улыбнулся Роберт. – Похоже, мужик разделял интересы пасынка.
– Так, может, это он убил Анжелу и Евгению? Маниакальность налицо, возможность – тоже. Все подозревали Игната, а на самом деле преступление на него наглым образом свалили.
– Я тоже об этом подумал, – кивнул мужчина. – Надо нам снова побеседовать с этим типом. А заодно не худо бы узнать, что за неизвестный доброжелатель пытался вырвать у тебя сумку. Откуда у него этот фотоаппарат и с чего он вдруг решил предоставить улику нам?
– В полицию не пойдём? Можно было бы снять отпечатки.
– Мы и так к ним зачастили, а отпечатки здесь теперь только наши. Ладно, спокойной ночи.
Александра моргнула, что, видимо, следовало принять за ответные пожелания, и, когда он удалился, начала опять просматривать фотографии. Ничего нового она на них не обнаружила, потосковала немного над камерой и улеглась в кровать, но сон категорически не шёл. Зачем надо было подбрасывать фотоаппарат таким замысловатым способом, почему бы просто не отнести его в полицию и с чего вдруг в качестве адресата выбрали именно её?
