– Учитывая тот факт, что ваша жена покинула дом и ее нет уже почти три недели, я бы сказала, это была не совсем обычная ссора между мужем и женой, мистер Делэйни.
Впервые Этан услышал агрессивные нотки в голосе Кристины, а за ними – намек на нечто более серьезное, угрожающее, словно акулий плавник над водой чиркнул.
Но Стэн и бровью не повел.
– Значит, в то утро, после этой обычной ссоры, вы ушли из дому и не возвращались до какого времени?
– Почти до десяти вечера. Я уже говорил вам. Много раз.
– А куда вы ходили в тот день?
– Просто катался на машине. Я вам уже говорил. Много раз.
– Вы просто катались.
– Я был расстроен.
– Из-за чего?
Этан видел, раздражение пузырями поднимается в Стэне, как кипящая вода в котелке, а именно этого и хотела Кристина. Она медленно повышала температуру нагрева.
– Я был расстроен из-за того, что поругался с женой.
– Но вы не помните, из-за чего вышла эта ссора.
Стэн снова расплел руки и наклонился к Кристине. Он был крупный мужчина.
– Нет, это неверно. Я никогда такого не говорил. Я помню, из-за чего мы поругались, но это личное. Мой брак – мое личное дело. Это не имеет отношения к вашему расследованию.
Нужно быть человеком особого рода, чтобы заявить полицейскому детективу: «Это не ваше дело».
– Если вы беспокоитесь о своей жене, то, вероятно, позволите нам решать, что важно, а что нет, – возразила Кристина.
Стэн пожал плечами, как его старший сын. И ничего не ответил.
– Значит, вы вернулись, а ее нет.
– Да.
– Но вы никому не позвонили. Ни одному из ваших детей. Никому из друзей. Даже ей не позвонили.
Стэн чуть приподнял подбородок:
– Мы поругались. Я ведь уже говорил. Я знал, что она злится на меня. И решил, что она ушла к кому-нибудь… и на следующий день вернется.
– Но она не вернулась.
– Нет, не вернулась.
– В вашем браке случались измены? – спросила Кристина.
Ноздри Стэна затрепетали.
– Нет.
Кристина перелистнула страничку в блокноте. Демонстративно.
– Я так понимаю, ваша младшая дочь однажды на вечеринке застала вашу жену с другим мужчиной.
– Это было давно. Джой выпила слишком много пунша и целовалась с Деннисом Кристосом. Едва ли это серьезная измена. Старик Деннис все равно уже мертв. По словам моей жены, я убил его. – Стэн нахмурился, поняв, что сболтнул лишнее. – Я не убивал его в буквальном смысле. У него случился сердечный приступ. – Стэн шумно вдохнул. – Не стоило ему целовать мою жену, но, как я уже сказал, это было давным-давно.
«Обида может глодать сердце вечно», – подумал Этан.
Стэн кивнул подбородком на блокнот Кристины:
– Это моя дочь вам сказала? О том, что Джой целовалась с Деннисом на вечеринке?
– Ваш бывший зять Грант Уинтерс.
Лицо Стэна прояснилось.
– Ну вот. Это понятно.
– Вы имеете в виду, что дочь хочет защитить вас? – (Он промолчал.) – Мне кажется, все дети хотят защитить вас.
– Я не нуждаюсь в защите, – заявил Стэн, – потому что не сделал ничего плохого.
– Молодая женщина, которая жила у вас в доме в прошлом году, – сказала Кристина. – Кажется, она была младшей сестрой вашего бывшего ученика. Сестрой вашего самого знаменитого ученика.
Лицо Стэна помрачнело.
– Между нами ничего не было, если вы на это намекаете. Я знаю, что говорят люди. Это просто смешно.
– Недавно нам стало известно, что, пока Саванна оставалась с вами, она сообщила кое-какую информацию. Информацию, которая сильно потрясла вас.
Стэн зажал нижнюю губу между большим и указательным пальцем.
– Кто вам это сказал?
Кристина не ответила. Этан наблюдал, как Стэн пытается вычислить, кто из его детей открыл полиции потенциальный мотив для убийства.
– Жена предала вас, верно? Сказала отцу Гарри Хаддада, что его сыну будет лучше с другим тренером.
– Я бы не стал называть это предательством.
– Правда? По-моему, вы использовали именно это слово.
Они посмотрели друг на друга. В этом было что-то порочно-интимное, словно им захотелось поцеловаться.
Настороженные глаза Стэна Делэйни, карие, с темными ресницами, казались неестественно молодыми на его стариковском лице. Взыграла ли в этом пожилом мужчине ярость, свойственная буйной молодости, отчего он и совершил невообразимое?
– Что вы имеете в виду? – Голос его дрогнул. Надломился. Наконец-то.
– Вы сказали жене, что никто и никогда не предавал вас так.
– Кто сказал вам это?! – Нижняя челюсть Стэна заходила взад-вперед, будто он перемалывал во рту собственные зубы.
Этан больше не видел в нем молодого человека, только старика. Старика, который мучительно размышлял, кто из его детей мог подумать, что он способен на убийство.
– Мне говорят, что ваша жена могла изменить вам. Мне говорят, что она предала вас в профессиональном смысле. – Теперь уже Кристина собралась прикончить его. – Вы сорвались. И это можно понять. Гарри Хаддад мог бы стать и стал бы вашим величайшим тренерским успехом. Жена втайне лишила вас этой возможности. – Кристина пододвинула к Стэну через стол снимок окровавленной футболки. – Мистер Делэйни, мы нашли это закопанным в буше недалеко от вашего дома. Вам знакома эта вещь?
Краска сошла с лица Стэна.
– Закопанным, – повторил он. – Вы думаете, я зарыл футболку Джой?
– А вы это сделали?
