– Мы с ним решили временно пожить отдельно. – Ей действительно нужно поработать над укреплением своих лгущих мышц.
Логан поморщился:
– Ох, вау, мне очень жаль. – Он шагнул к ней, будто собирался обнять, но у них в семье это было не принято, так что Логан не знал, как ему завершить свое движение. – Это ужасная новость. Просто шок. – Он провел пальцами по челюсти. – Ты-то как?
– Хорошо. – Бруки подправила миску с салатом. – Он же не умер.
– И все равно. Это шок. – Логан выглядел искренне, по-настоящему расстроенным. – Я не думал, что это случится.
– Я тоже. – Преуменьшение.
– Мама любит его, – сказал Логан.
Бруки чувствовала, что он пытается сдержать обвинительные нотки в голосе, но складывалось ощущение, будто она разбила любимую мамину вазу и Логан хотел ее утешить, мол, ничего страшного, не переживай, но беспокоился, как отреагирует мать.
Это правда, что у Джой с ее единственным зятем была какая-то особенная связь. Грант старался быть очень милым и обаятельным с тещей, а Джой этому не противилась, но Бруки часто задумывалась: насколько сильно в действительности поддавалась ее мать чарам Гранта? В отличие от Бруки, она была хорошей актрисой. Много лет Джой общалась с родителями учеников теннисной школы и заставляла их верить, что дети у них, все без исключения, замечательные.
Бруки поставила салат с подарком на капот машины и раздраженно почесала нос:
– Это только пробный шаг. Мы, может быть, опять сойдемся, так что я пока никому не говорю. Не хочу зря расстраивать маму и папу.
– Хорошая идея. – Логан засунул руки в карманы джинсов и попружинил на подушечках стоп, закусив губу, как, бывало, делал перед матчем.
– Как Индира? – спросила Бруки.
– А, да в том-то и дело, – неохотно проговорил Логан.
– Что ты имеешь в виду – «в том-то и дело»?
Бруки прищурилась и взглянула на него. И тут до нее дошло. Всем им следовало почувствовать, что это случится. Почти пять лет они вместе. Достаточный срок, чтобы родные забыли послужной список серийной моногамии Логана; достаточный, чтобы его девушка стала частью семьи, а его девушки всегда были такие милые.
Вот почему он так сильно расстроился из-за них с Грантом. Не хотел, чтобы матери пришлось столкнуться сразу с двумя разрывами отношений. Все ее дети стали одиночками. Надежды на внуков сметены одним махом. Это просто выбьет ее за шесть очков, как сказал бы отец. Он ненавидел крикет, но любил это популярное спортивное выражение.
– Ох, Логан, – произнесла Бруки. – Ради бога!
– Не тебе говорить, – отозвался он.
– Я могу говорить, мы с Грантом прожили десять лет. Мы поженились.
– Вот именно. А это ухудшает ситуацию. Ты по-настоящему взяла на себя обязательства.
– А ты нет, – сказала Бруки. – Индира этого хотела? Она ждала, что ты сделаешь ей предложение?
– Я так не думаю, – ответил Логан. – Однажды я спросил ее, хочет ли она, чтобы я попросил ее руки, а она только рассмеялась.
– Ты не должен предлагать сделать предложение, нужно просто делать его.
– Она феминистка.
– И что? Она хочет детей?
– Я не знаю. Вряд ли.
– Вряд ли? – Бруки всплеснула руками. – Могу поспорить, она хотела чего-то такого, что ты ей не давал.
Логан пожал одним плечом, что всегда раздражало Бруки.
С Логаном невозможно ни о чем спорить всерьез, потому что ему все равно. Чем больше ты злишься, тем спокойнее он становится. Его философия непротивления, вероятно, очаровывала девушек в первые пять лет совместной жизни, а потом в один прекрасный день они теряли терпение.
Глаза Бруки наполнились глупыми слезами.
– Она сделала для меня весь графический дизайн, сделала прекрасно и не взяла ни цента.
– Это доставило ей удовольствие. – Логан снова пожал плечом.
– Не в том дело, Логан! – И вдруг Бруки, неожиданно для самой себя, толкнула брата, довольно сильно, ладонью в центр груди, как будто снова стала маленькой девочкой. Логан не шелохнулся. Силы у него было хоть отбавляй, хотя он никогда не качался.
– И это все? – поинтересовался Логан.
Удар, похоже, только раззадорил его.
– Мне очень грустно, – произнесла Бруки. – Очень. Из-за Индиры.
– Ну что ж, мне тоже грустно из-за Индиры… и Гранта. Но жизнь продолжается. У нас еще будет шанс.
Так говорил отец, когда они проигрывали. Никто не считал эти слова особенно мотивирующими или утешительными.
Логан вынул ключи от машины и собрался уходить, но потом остановился, будто что-то вспомнил:
– Угадай, что приготовила сегодня Саванна.
– Что?
– Шоколадные брауни.
– Еще не хватало, – сказала Бруки, использовав одно из любимых выражений матери.
– Это не смешно, – возразил Логан. – Мама прямо зашипела на меня: «Логан, это не смешно». – Он оглянулся через плечо. – Вот и Трой. Смотри, сейчас он запрет меня.
