– Кто его спугнул? С кем он говорил?
– Чего не знаю, того не знаю, красотка.
– Ты, случайно, не видел той ночью кого-нибудь из этих? – Ева вынула из сумки фотографии и разложила их на стойке: Пандора, Джерри, Джастин, Редфорд и – по необходимости – Мэвис и Леонардо.
– Вот этих двух я знаю. Манекенщицы, конфетки! – Он любовно провел толстыми пальцами по фотографиям Пандоры и Джерри. – Рыжая часто к нам заглядывала: искала знакомства. Коллекционировала она их, что ли? Может, она и была здесь в ту ночь, но точно сказать не могу. Остальные – не из нашего списка приглашенных. Их я не знаю.
– Видел когда-нибудь рыжую вместе с Бумером?
– Он ей ни к чему. Она любила здоровенных, молодых и глупых. А Бумер был только глупым.
– Ты слышал что-нибудь о новом наркотике?
Широкая физиономия Крека немедленно стала отсутствующей.
– Ничего не слыхал.
Вот и все дружелюбие! Ева молча положила на стойку несколько купюр.
– Ну как, теперь лучше со слухом?
Крек произвел подсчет и молча поднял на нее глаза. Знакомая тактика. Ева добавила две бумажки. Деньги исчезли со стойки.
– Вроде бы болтают о какой-то новой дряни… Сильная, долгоиграющая, дорогая. Называется «Бессмертие». У нас ее еще не было. Здешний люд не может себе позволить переплачивать. Надо дождаться, когда начнут падать цены, потом выждать еще несколько месяцев и только потом…
– А Бумер об этом говорил?
– Так вот, значит, чем он занимался? – Крек покачал головой. – Я от него ничего такого не слышал. Слухи слухами, а от него – ничего. Говорить-то об этом говорят, но никто еще не попробовал. Хороший бизнес! – Крек улыбнулся. – Раззадориваешь покупателя слухами о новом продукте, он пускает слюни и готов отвалить большие деньги.
– Лучше не придумаешь. – Ева подалась вперед. – Хочу дать тебе дружеский совет, Крек: не вздумай пробовать – откинешь копыта. – Он собирался возразить, но она остановила его, положив руку на мясистое плечо. – Я не преувеличиваю. Это яд, действующий медленно, но верно. Предупреди тех, кто тебе не безразличен: если подсядут на эту дрянь, их песенка спета.
Крек внимательно посмотрел на нее.
– Серьезно, белая красотка? Или это обычная полицейская лажа?
– Серьезно, никакой лажи. После пяти лет регулярного употребления отказывает нервная система. Правило не имеет исключений. Тот, кто производит эту дрянь, прекрасно знает, до чего она опасна.
– Деньги не пахнут, – пожал плечами Крек. – Только мне все равно никто не поверит. Те, кто уже раскатал губы, пошлют куда подальше.
– Боюсь, что ты прав… Где мне найти Хетту?
Крек присвистнул, покачал головой.
– Хетту? Кто же ее знает! Не видел ее уже неделю-другую. Ведь эти девчонки – они как? Вертятся то в одном клубе, то в другом.
– Как ее фамилия?
– Моппет. Хетта Моппет. Кажется, снимала комнату на Девятой. Если захочешь занять ее место у нас – дай знать, моя сахарная.
…Хетта Моппет не платила за комнату уже три недели и сама не показывалась. Управляющий уведомил Еву, что у мисс Моппет остается на уплату задолженности всего двое суток, после чего ее имущество будет описано.
Слушая его ворчание, Ева карабкалась по заплеванной лестнице на третий этаж. Она держала в руках хозяйский ключ, не сомневаясь, что управляющий им уже пользовался.
Тесная комнатушка, узкая кровать, грязное окно, жалкие потуги создать уют с помощью занавесок и подушечек. Ева поспешно произвела обыск и нашла записную книжку, кредитную карточку на три тысячи, несколько фотографий в рамках и просроченное водительское удостоверение, согласно которому Хетта приехала в Нью-Йорк из Джерси.
Шкаф был заполнен не целиком; было похоже, что это – все Хеттино имущество. Если она отправилась в путешествие, то налегке: с горстью купюр, без смены одежды… Ева удивилась бы, если бы версия о путешествии подтвердилась.
Из машины она позвонила в морг.
– Проверьте трупы неопознанных женщин, – распорядилась она. – Белая, блондинка, двадцать восемь лет, вес около ста тридцати фунтов, рост – пять футов четыре дюйма. Передаю номер водительского удостоверения.
Не успела она проехать три квартала, направляясь в участок, как поступил ответ.
– Кажется, нашли, лейтенант. Для завершения опознания нужен слепок зубов, анализ ДНК или отпечатки пальцев. Опознание по фотографии невозможно.
– Почему? – спросила Ева, хотя уже знала ответ.
– У нее практически не осталось лица.
…Отпечатки совпали. Кармайкл, которому было поручено расследование смерти неизвестной, с облегчением передал дело Хетты Еве. У себя в кабинете Ева положила на стол все три дела.
– Не чешутся, лентяи! – пробормотала она. – Даже не удосужились запросить отпечатки пальцев. Труп мог быть давным-давно опознан!
– Наверное, Кармайкл не заинтересовался этим делом, – предположила Пибоди.
Ева вспыхнула и бросила на Пибоди негодующий взгляд.
– Значит, Кармайклу не место в полиции! Вы же видите все ниточки, Пибоди: от Хетты к Бумеру, от Бумера к Пандоре. Какова, по-вашему, вероятность, что они пали от руки одного и того же преступника?
– Девяносто шесть процентов.
