— Не знаю. Я со сторожем договорился.
— Это как? — опешила.
Сторож — старый, дряхлый маг, в неурочные дни он пропускал лишь избранников…
— И кто же тебе ленту вручил? — спросила максимально беспристрастно.
В уголках демонических глаз заиграли смешинки. И что тут такого забавного? Если эрегиния вручает ленту, — значит, одаряет благосклонностью, от которой ещё никто не отказывался в здравом уме. И я в этом не участвовала!
— Не сердись, птичка, — сдержанно рассмеялся.
— И не думала! — насупилась.
— Най… Моя Най… — притянул к себе. — Давай скажем Савинар, что ты переезжаешь ко мне? А ленту я верну. Если переедешь — мне она будет ни к чему.
— К тебе? — замерла в объятиях, задрав подбородок.
Он кивнул в сторону знакомого домика.
— Пришлось разориться, чтобы быть ближе. Местный пастух заломил такую цену, что пришлось просить помощи властей. Но оно того стоило.
Нежась в тесном кольце рук, я думала о том, что, наверное, хочу посмотреть на этот домик ближе. В конце концов, никто не давит на меня с решением о переезде, а любопытство удовлетворить я могу прямо сейчас!
— Покажи? — потянула к дому.
Комнат оказалось три. Две на первом этаже, одна крошечная мансарда, больше похожая по размеру на каморку, и… просто огромная кухня! Последняя поразила настолько, что я так и замерла мышкой у обеденного стола на шесть персон. Тут и печка, и шкафчики, и посуда…
— Нравится? — обнял сзади. — Я знаю, что ты любишь готовить. Кухню пришлось расширять за счет пристройки, но я не жалею. Ещё кое-что нужно будет доделать, чтобы с тазиками не возиться, и кое — какую мебель заменить…
Ещё никто и никогда не делал ради меня… Столько!..
— Най, ты чего, любимая? Птичка, да всё исправим, — озадаченно шептал.
Истерики со слезами — это не мой случай. Но не в этот раз… Меня колотило, я пыталась сдерживаться, уткнувшись в родное тепло. Но оно всё равно лилось и всхлипывалось. Анран повёл куда-то за красивую дверь в углу, уверяя, что там дышать будет легче. Эту дверь я не помнила, мы там точно ещё не были. А когда очутились за ней, слёзы мигом кончились.
Терраса. Уютная, небольшая, увитая уже спелым виноградом, украшенная кадками пестрых цветов на периллах. Посередине — плетеный столик из рогоза и такие же стулья. Даже заветренная половинка яблока на тарелке не портила открывающейся панорамы на цветущий садик, огороженный высоким дощатым забором на фоне гор!
— У тебя случайно вина нет? Как-то слишком много эмоций на сегодня…
— Только сливовая настойка, — смутился едва заметно.
Эта улыбка, смущенный, тёплый взгляд — я и забыла, сколько они для меня значат. Осторожно присела на стул, сложив руки на коленях.
— Угостишь? — улыбнулась нервно.
Пели птицы в саду, шумели листья деревьев, падали спелые плоды фруктов. Здесь нужно поработать — столько трудов пропадает зря, столько всего можно вкусного приготовить!.. Я такое варенье знаю, — Анранар наверняка не пробовал никогда, должен оценить. Только где всё это хранить? Ай, ладно… Это же ещё не моё хозяйство, и вообще…
Печку я опробовала на следующий же день. Немного была забита вытяжка, но в целом вполне рабочая. И пока готовила вкуснейший душистый бульон из мяса, купленного в соседнем селе на прогулке, то и дело с ехидной счастливой улыбкой оглядывалась на обеденный стол, за которым сидел Анранар и чистил овощи для второго блюда. Я не просила — сам вызвался!
— Най, что смешного? — не выдержал.
— Прости. Просто для меня это непривычно.
— Ах, ну да… Извечный вопрос «что мужчина забыл на кухне», да?
— Лорд чистит картошку. Тебя ничего не смущает? — прыснула со смеху вновь.
— Я же не смеялся, когда на меня женщина с холодным оружием кидалась, — резонно заметил, снисходительно улыбаясь.
Довод оказался убедителен, но улыбаться я не перестала. Я вообще теперь частенько улыбалась, даже нанэри заметила перемены в моём настроении.
Мы гуляли каждый день, только теперь каждый раз останавливались в гостях у Рана, чтобы перекусить и отдохнуть. Я готовила для нас, и даже начала привыкать к тому, что мой Анранар всегда рядом, чем бы я ни занималась. И уже не представляла себе сон без спокойного сопения в макушку, — дома ли, или в комнатке храма. Его дыхание убаюкивало, мне понравилось засыпать, обнимаясь. А ему доставляло удовольствие приносить мне вкусности в постель или в гамак на террасе. Порой это превращалось в странную детскую возню, когда я уже отказывалась есть кусочки фруктов, и тогда усаживалась на Рана верхом и кормила его сама.
В какой-то момент я даже не поняла, что игра зашла дальше обычного, и мы целуемся в спальне без одежды. Всё произошло естественно, без лишних вопросов и сомнений.
Ярко. Страстно. Нежно. Долго.
Оставив Рана дремать в кровати, я отправилась на мансарду, закутавшись в покрывало. Вечер считал на небе зажигающиеся звёзды, выстраивая их в привычный рисунок на небе. Беглое солнце быстро искало укрытие за соседней горой. Наверное, так и я искала место для того, чтобы побыть наедине с собой. Потому что стало… страшно.
