Уре с нарастающим интересом наблюдал, как меня избавляют не только от кортика, но и от одежды. Я не стала противиться. Зачем? Чем быстрее он заведётся, тем быстрее всё это закончится. Кортик был удостоен императорским вниманием всего на пару секунд. Уре даже не соизволил удивиться, зато я себя чувствовала, как на параде без штанов. Растянувшаяся улыбка императора стала масляной, как у кота.
Не люблю таких. Не люблю.
Стою, рассматриваю мыски его сапог, стыдливо прикрывшись ладошками. Почему-то теперь мне разрешено стоять, но взгляда лучше всё равно не поднимать, и не говорить, пока не позволят. У таких чудиков свои правила.
— Почему я не чувствую ничего особенного? Ты ведь эрегиния, так? — возбуждённо прохрипел, подходя ближе.
Шарахнулась на шаг назад. Инстинкт самосохранения, Семеро его разбери!
— Мой повелитель, она совершенно точно эрегиния, но никто не знает, как и когда они применяют свой дар, — залепетал склонившийся рядом рарван.
Боится, зараза… Надо подыграть.
— Я чую её дар, но она не хочет его открыть. Почему? — поднял двумя пальцами мой подбородок, заглядывая в глаза.
— Мой дар… слишком личного характера, — выразительно покосилась на служителей Единого.
— Хочешь остаться со мной наедине?
Я редко краснею. Очень редко. Но как представила вонючку в панталонах сердечками… Главное, не смеяться. Смущаться, прикрываться, — ему это, похоже, нравится. А вот личной охране идея с «наедине» совсем не пришлась по вкусу.
— Мой император, это опасно!..
— Все вон.
— Повелитель!..
Последняя фраза для заботливого охранника стала последней в жизни. С его лысой головы упал бычий череп, и маг не мог пошевелить даже губами, с ужасом взирая на собственное сердце в руке хозяина.
— Кто-то ещё желает мне перечить? — обвёл взглядом всех присутствующих, всё ещё держа в руке бьющееся сердце.
Я зажала рот руками. Запахи серы и крови, вид живого сердца побуждали расстаться с завтраком… Император заметил мою реакцию, жестом приказал очистить зал. Ослушавшегося унесли, а сам демон подошёл к фонтану, чтобы омыть руки.
— Ты ведь меня не боишься. Тебе противен мой запах, но страха я не чую. Ты даже не испугалась вида живого сердца. Отвращение, — да. Но не испуг. Почему?
Почему, почему… Вот когда Анран рычал, в доме Вирона — было страшно!.. Когда рыжие оборотни напали на наш дом и грызлись насмерть с кседуши — там не то, что сердце, — куски мяса в стороны летели! А этот — извращенец обыкновенный, таких в империи толпы. Ничего особенного.
— В моей жизни было много насилия и жестокости. Я устала бояться.
Он хмыкнул, с интересом оглядывая.
— Ты знаешь, кто я на самом деле?
— Мой император.
— Не это, — поморщился.
Что ответить? Прикинуться дурой? Попробовать его соблазнить сейчас?.. А если он мысли читать умеет?.. Хотя такие вещи лишь богам доступны, и то не всем.
— Зна-а-аешь… — протянул, оглаживая удлинившимися чёрными когтями моё лицо.
Да я-то знаю, а вот что знаешь ты?..
— Зачем ты здесь? — дыхнул серой демон.
О, Афресия, это у высших такая прелюдия, или он переживает, что я ломаться буду?! Да я тут задохнусь сейчас от одних миазмов — и уговаривать не придётся!..
— Потому что мой император ищет меня. Это большая честь.
Уре недовольно скривился.
— Ты здесь, потому что тебе это выгодно. Ты пришла спасти своего хэгатри, хотя не слышал, чтобы эрегинии были способны на преданность одному мужчине. Впрочем, судя по твоему запаху — так оно и есть.
— Тогда чего ты хочешь? — прямо взглянула в чёрные провалы глаз.
Император подошёл ближе, довольно улыбаясь.
— Вы нужны мне оба. Он — чтобы управлять огромной армией. Ты — чтобы плодить мой род.
— Я бесплодна.
— Не со мной.
Увидев моё изумление, самодовольный вонючка решил прояснить ситуацию:
— Ты часть мира демонов, и конечно не можешь рожать от смертных. Это было бы слишком большой честью для людей, да и с пустынными демонами тебе бы вряд ли позволили связаться… В их клане слишком много правил. Но я — высший демон! И ты будешь рожать моих детей! Только лишь нужен твой дар.
Я искренне улыбнулась простой и открытой улыбкой. Демону не понять чувств смертных.
— Если я смогу стать матерью, то буду счастлива. Но я хочу гарантию безопасности для себя и моих друзей, — Анранара в том числе.
— Слишком много шума. Еда требовать не может.
На последней фразе он сильно раздался в плечах, стал выше, и… уродливее.
Демон вёл нас по каким-то лестницам, — чистым лишь потому, что по ним частенько ходили и натоптанная в мусоре и земле дорожка была видна издали. Мы поднимались всё выше, у меня начали заканчиваться силы. Но демон всё шёл и шёл, совершенно не уставая. На очередном пролёте он остановился и оглянулся. Я как раз прислонилась к стеночке передохнуть, потому что стало невмоготу дышать.
— Неопытная? Никогда через пространство не ходила?.. — удивился он.
На мои округлённые глаза вонючка хмыкнул.
— Меньше думай о том, как тебе тяжело. Повторяй про себя «я иду за Уретаимом»
