Вот только оставаться в номере и ждать когда вернется мужчина, чтобы снова издеваться надо мной и иметь как последнюю шлюху, мне тоже ох как не хотелось. Я металась по комнатам, пытаясь понять, что мне делать и как обезопасить себя от его посягательств. Еще одной такой ночи я просто не выдержу. Не настолько я сильная, чтобы и в этот раз у меня получилось отряхнуться и пойти дальше. Он ломал меня и пусть не этой ночью и не следующей, но в конце концов он меня обязательно сломает.
Судорожно выискивая возможные пути спасения, я вышла на балкон. Наш номер находился на шестнадцатом этаже. Отсюда открывался удивительный и умиротворяющий вид на ночной город, разукрашенный яркими огнями. И вдруг меня осенило — моя суккуба с крыльями! Я могу попытаться улететь. Конечно, я не испытывала иллюзии, что крылья помогут мне вечность скрываться от Хантера, но мне нужно лишь немного времени, чтобы добраться до ближайшего телефона и позвонить Алеку. А потом… я просто сбегу. От Хантера, от инкубов… от всех. Затеряюсь где-то в Европе и пусть попробуют меня найти!
Окрыленная этой идеей, я попыталась потянуться к своей суккубе, но та разве что пальчиком мне не пригрозила: «ай-я-яй, как нехорошо не слушаться и разочаровывать нашего мужчину». Взвыла от бешенства, костеря свою невозмутимую и невозможную в своей тупости сущность всеми известными мне ругательствами.
Ну, что ж, не хочешь по-хорошему, посмотрим, что ты скажешь на это.
Я вылезла на широкие балконные перила и, усевшись на них, спустила ноги с другой стороны. Боже, Эви, да ты просто ненормальная! Ответом на мое отчаянное безумство стал отклик сущности, заворочавшейся под кожей и уже более покладсто слушающейся своей хозяйки.
Услышала, как громко хлопнула дверь в номер и Хантер с каким-то предвкушением в голосе завет меня. Сердце ухнуло в пятки, а суккуба заинтересовано подняла голову, явно различая в интонациях мужчины игривые нотки, некое обещание, заставившее ее лениво потянуться, а меня облизать вмиг пересохшие от паники губы. Телефон! Мне нужен лишь телефон и пара минут свободы! Голос слышался все ближе и я начала перелазить назад. Еще не хватало, чтобы он подумал, что я собиралась сбежать. И так было страшно представлять, что на этот раз придумает его больная от ненависти фантазия.
Уже собираясь спрыгнуть с перил на пол, услышала, как открылась балконная дверь и шаги Хантера резко замолкли. Вскинула свой взгляд и тут же накнулась на его льдистый. Он снова злится? Что на этот раз ему не так? И я испугалась, когда он резко кинулся ко мне, совсем забыв, что в моем положении резкие движения могут привести к летальному исходу.
Вскрикнула, чувствуя, что мне не удержаться на перилах, но тут же оказалась прижатой к твердой груди.
Дыхание вырывалось из груди рваными потоками, ноги подкашивались, а все тело мелко дрожало от осознания того, что я чуть не сковырнулась с шестнадцатого этажа. Интересно, а если бы ситуация была опасней и я действительно упала, включился бы инстинкт самосохранения моей суккубы? Мотнула головой, отгоняя эту мысль, и попыталась отстраниться от Хантера.
Я быстро пришла в себя после мимолетного испуга и тут же вспомнила где я и кто меня обнимает, в успокаивающем жесте гладя по спине. При этом мужчина что-то говорил и в его голосе периодически проступали жесткие нотки. Что именно он говорил, я не поняла, так как до недавнего времени все посторонние звуки казались едва слышным шепотом по сравнению с бешеным стуком моего сердца и шумящей в ушах крови. Но, едва опомнившись, тут же была захвачена пленительным страстным поцелуем.
Замычала в протесте, но пальцы Хантера уже находились в моих волосах на затылке, властно придерживая голову и не позволяя отстраниться, а губы и язык требовательно и страстно атаковали мой рот. Суккуба сразу же потянула свои коготки к мужчине, желая стать к нему максимально ближе. Почувствовать в себе его плоть, а вокруг себя — его энергию. А я… мне не оставалось ничего другого, кроме как снова поддаться ее влиянию и на этот раз удивительной нежности Хантера.
Подхватив на руки, он отнес меня в комнату и бережно уложил на кровать, начиная сдирать с меня чужие, найденные на той самой квартире, женские вещи. Воспоминания о прошлой ночи немного отрезвили меня, и я предприняла попытку спихнуть с себя тяжелое тело. Но тут же застонала, когда Хантер легонько прикусил, а потом начал нежно посасывать напрягшуюся вершинку груди. Стрелы удовольствия от груди устремились к лону, заставляя непроизвольному стону сорваться с губ, а тело — выгнуться навстречу приятной ласке.
Внутри снова разгорался уже знакомый пожар, голос разума привычно затихал, а гордость отступала под напором неистовой страсти. Я понимала, что завтра снова буду чувствовать себя просто отвратительно, но ничего не могла с собой поделать и только прижимала голову мужчины сильнее к своей груди. Собирала в кулачек коротко остриженные волосы и тянула к другой груди, безмолвно умоляя уделить внимание ноющему и изнывающему по ласке соску.
