Не помогала даже пробежка и охота в родных лесах Мичигана.
За это время ребята уже успели допросить демона и инкуба, которые оказались очередными пешками в чьей-то загадочной игре. Они не знали, зачем нужны все эти похищения и не владели хоть сколько-нибудь важной информацией. Зато свято верили, что неизвестные им заказчики смогут одарить их влиянием и властью в созданном ими новом мире с новыми порядками и распределениями сил. Наивные алчные мальчишки… Единственное, что удалось узнать — имена нескольких следующих жертв.
Семье была оказана необходимая помощь, после чего им позволили при желании покинуть территорию стаи и отправиться домой.
Совет рассыпался в благодарностях. Особенно его демоническая часть. Еще бы, ведь в этой семье оказалось целых две таких ценных девочки. А вот информацию о взятых им пленных Хантер попросил придержать. Они могут ему понадобиться в игре за суккуба. И пусть он знал, что они бесполезны, но Совет может на многое согласиться, чтобы иметь возможность покопаться в их головах в поисках такой необходимой им информации.
А пока Хантер решил предпринять последнюю, самую отчаянную попытку выкинуть ядовитую девчонку со своей головы. Именно в этих целях мужчина направился в единственный на весь штат клуб для сверхов.
Ему необходима была женщина!
С каждым днем ему становилось все хреновее вдали от Энджи… с каждым днем его ярость и ненависть росли все больше, вместе с пониманием степени собственной одержимости… с каждым днем он все больше походил на исходящего похотью зверя и с каждым днем ему становилось все тяжелее держаться подальше от своего собственного дома, в одной из комнат которого его ожидала сладкая податливая малышка.
Спустя несколько часов взбешенный до крайней степени оборотень едва не снес двери в собственный дом, окутанный тишиной глубокой ночи. Его кровь горячил выпитый алкоголь и дикое неутоленное желание, его взгляд пылал холодным голубым пламенем зверя. От его кожи несло как минимум тремя женщинами, но ни с одной из них он не смог не то, что дойти до конца, но даже толком начать.
Пошатываясь, он поднимался по широкой лестнице, попутно вдыхая полной грудью запахи дома, выделяя единственный интересующий его аромат, который одновременно успокаивал его и заставлял рычать от нетерпения.
Несколько шагов и дверь в комнату суккуба с грохотом отлетает к стене и повисает на петлях. Хантер впитывал в себя витавший в помещении запах, так же как и вид заспанной Энджи, резко севшей на широкой кровати.
Бретелька тоненькой майки обтягивающей манящие округлости груди сползла с плечика, волосы непослушными темными локонами обрамляли заспанное личико, омуты карих глаз сонно щурились, силясь разглядеть в темноте незваного гостя, крылья точеного носика трепетали, улавливая его аромат…
Возможно, ему следовало что-то сказать. Возможно, попытаться оправдаться, почему от него разит другими женщинами. Возможно, следовало все-таки развернуться и уйти, продолжая стараться держаться от суккуба подальше, но Хантер сейчас был слишком слаб для этого.
Бога ради, он все лишь мужчина, чертова животная сущность которого рвалась к обладанию.
И Энджи была для него чистым соблазном, его наваждением, одержимостью. Отравившим его своим ядом суккубом! И как бы она не отнекивалась, Хантер чувствовал, что теряет себя из-за нее, осознавал свою зависимость. Это рождало в его душе отчаяние, потому что он не хотел становиться таким, каким стал его отец от связи с суккубом!
Но даже понимание той задницы, в которую он попал вряд ли могло бы в эту самую минуту помочь оторвать взгляд от соблазнительной девушки. Ничто не могло заставить его покинуть эту комнату не получив свое.
Тихо зарычав, Хантер рванул на груди рубашку, пуговицы которой с глухим стуком рассыпались по полу и сделал первый стремительный шаг к кровати. Девушка окончательно проснулась и выглядела настороженной, готовой в любое мгновение вскочить с места.
Вервольф хищно улыбнулся. Вид девчонки сносил ему крышу, а перспектива сломить слабое сопротивление, чтобы получить желаемое лакомство, возбуждала еще больше.
Скинув на пол безвозвратно испорченную рубашку, мужчина преодолел оставшееся до кровати расстояние.
