— Линуся, срочно возвращайся домой! — послышался в трубке бодрый голос сестрицы-матери, — я не успеваю приехать, да и не купила ничего к поездке.
— Жаль. А знаешь что? — Лина пыталась перекричать шум приближающегося поезда. — Я всё же поеду одна, и со мной ничего не случится! Дорогу я с закрытыми глазами найду и буду на месте задолго до темноты.
— Лина, немедленно вернись! — заволновалась Эла.
— Нет, — твёрдо повторила Лина, входя в распахнутые двери электрички и усаживаясь у окна. — К тому же слишком поздно, я уже в вагоне! — Она и сама удивлялась своей решимости, но в такие моменты в ней, как и во всех женщинах Альтман, просыпалось упрямство, и вместе с тем в душе разгоралось авантюрное, восторженно-пьянящее чувство свободы. Будто она парила на дельтаплане над бурлящей бездной и была всего лишь на шаг от опасности.
Заткнув наушниками уши, Лина пролистала плейлист и включила песню Макса — ту самую, что когда-то так впечатлила её. Из-за занятости она не особо изучала дискографию группы, и любимых песен было немного — слишком жёстко они играли, однако парочку интересных Лина для себя всё же нашла и иногда мечтала под грустные переборы гитарных струн. Вот и сейчас она растворилась в волнующих звуках мелодии, перед глазами замелькали радужные точки, унося её в мир иллюзий, и из будущего выпала ясная картинка. «KURT» — пробежалась она по цветной татуировке на шее у парня, но тот тряхнул головой, и рваные пряди упали на плечи, скрывая затейливую надпись.
— Ваш билет, — прогнусавил голос контролёрши где-то поблизости, и Лина очнулась от привычного морока. Порывшись в сумке, она достала два билета — свой и Элы.
— А это чей? — внимательно оглядывая пассажиров, спросила та.
— Да мой же! — просипел стоящий рядом мужчина. Лина покосилась на наглого попутчика. На вид ему было около сорока, неопрятный, небритый, в помятой одежде, таких в метро и в общественном транспорте множество. Немного подумав, она решила не ввязываться. Мало ли что в жизни бывает: потерял деньги, не успел купить, забыл… или, может, болен.
Контролёрша вернула билеты и двинулась дальше, а Лина вновь отвернулась к окну.
Под милые сердцу звуки она любовалась живописными видами майской природы. Вечернее солнце клонилось к земле, пряталось за верхушками придорожных деревьев, но иногда, сквозь бреши в листве, пробивался слепящий свет огненного ядра. Лина невольно зажмуривалась и вновь разлепляла веки. До места назначения оставалось ехать не больше сорока минут.
И всё бы было отлично, не случись досадный инцидент.
***
На одной из станций бабулька, что сидела рядом, вышла, и к Лине подсел тот самый помятый пассажир. Поначалу она не придала этому значения, думала о своём и смотрела в окно, однако чем дальше, тем всё чаще ощущала на своей щеке его нетрезвое дыхание. Он будто нарочно подбирался к ней: ерзал на месте, давил бедром, противно сопел над ухом. Предупредив его строгим взглядом, Лина отсела как можно дальше, так неприятно ей было внимание назойливого попутчика. Но тот совсем осмелел, придвинулся вплотную, закинул руку на спинку сиденья и обдал густым перегаром.
— Оставьте меня в покое, пожалуйста! — Лина резко обернулась и встретилась с сальными глазками и мерзкой улыбочкой наглеца. Он слегка отодвинулся, но поползновений своих не оставил, так и норовил коснуться её.
— Вы не понимаете? — вскипела Лина, содрогнувшись от отвращения. — Что вам нужно от меня?!
— Познакомиться хотел, — прожевал он слова. — Далеко едешь?
Лина быстро огляделась в надежде найти поддержку у пассажиров салона, но те будто ничего не замечали — кто-то читал, кто-то смотрел в окно, кто-то и вовсе делал вид, что спит. А настырный сосед борзел с каждой минутой: развязно жестикулировал и нёс всякую чушь. От отчаяния Лина чуть не плакала. Ну за что ей такое наказание? Она уже было решилась спасаться бегством, затеряться в толпе или выйти на ближайшей станции, как вдруг над ними выросла внушительная мужская фигура. Дрожа от волнения, Лина подметила штаны защитного цвета и тяжёлые военные ботинки.
— А ну свалил! — жёстко скомандовал низкий голос, и Лина, не веря в такую удачу, вскинула голову. Спаситель — широкоплечий, накачанный парень показался ей смутно знакомым. Смеющиеся серые глаза, мальчишеская улыбка.
Пашка! Пашка Потапов, её обидчик из детства, вредный и вечно задирающийся пацан! Только теперь он возмужал и, похоже, отслужил в армии.
Обидчик Лины было напрягся, однако, быстро смекнув, что силы не равны, безропотно поднялся и скрылся в толпе. Пашка проводил его суровым взглядом, от которого и Лине стало не по себе, но тут же ухмыльнулся и снова вернул улыбку Лине.
— Присяду? — коротко спросил он.
— Конечно, Паш. — Она подвинулась, стараясь быть невозмутимой.
«Надо же, как меняются люди, — думала Лина, облегчённо вздыхая. — Никогда бы не поверила, что Пашка может вступиться за меня».
Усевшись рядом, Пашка довольно долго разглядывал Лину. Вот уж у кого не существовало полутонов! Ну, во всяком случае, так было в детстве.
