— Губу закатай! Я сестрёнку никому не отдам, — огрызнулся Фил, уткнувшись лбом в её макушку. Однако попытавшись подняться, рухнул под тяжестью драгоценной ноши.
— Говорю, отдай её мне, — тихо заржал Макс, пробуя разжать руки Фила. Они завозились в борьбе за Лину: Макс нападал, Фил смешно отбивался локтем и плечом.
— Придурки! Что вы с ней носитесь как с писаной торбой? — процедила Олька, нервно затягиваясь сигаретой.
— Иди в пень, я сам, — наконец отпихнул его Фил, игнорируя Олькины взбрыкивания, и Лина, вздохнув, что-то пробормотала во сне.
— Ты дебил, разбудишь девчонку, — прошептал Макс. — Давай я сам, осторожно.
— Ну, блин. Ладно, так и быть, забирай, — смирился Фил, перекладывая Лину на руки другу. Тот был крепче и сильнее и, как ни странно, почти что трезв.
С трудом поднявшись на ноги, Фил отправился следом за Максом в дом. Олька тащилась позади, цепляясь за руку Фила, и зудела, зудела. От её нытья и упрёков у Фила вскипел мозг.
— Жужа, ты меня за-дол-ба-ла, — раздражённо отчеканил он, поднимаясь по лестнице на второй этаж, — ещё одно слово и…
Ввалившись в гостевую, Фил пошарил рукой по стене и щёлкнул выключателем. В комнате было уютно и чистенько, будто кто-то специально перед приездом гостей навёл тут порядок, а может, тусклый свет единственной лампочки скрывал паутину и пыль. Та же кровать с высокой стеганой спинкой, те же цветные витражи и любимая мамина мебель из ротанга.
Макс удивлённо присвистнул и огляделся. Спящую Лину он аккуратно уложил на кровать, снял с неё кеды и уселся рядом, поглаживая девчонку по голой щиколотке. Аккуратные босые ступни с перламутром на ногтях привлекали взгляды парней. Ничего не подозревающая Лина вздохнула, свернулась клубочком и вновь погрузилась в сон.
— Красивая. Люблю всё красивое! Хорошо нам тут будет вдвоём. — Макс покосился на Фила и, хитро улыбаясь, полез развязывать шнурки.
Фила будто горячей волной окатило.
— Ну всё, давай сваливай! — занервничал он, схватив Макса за шкирку и пытаясь сбросить с кровати.
— Ладно, ладно, я пошутил. — Смеясь, Макс отбился от пинков, вскинул руки вверх и указал кивком в сторону детской. — Завалюсь вон в той комнатке, я её давно забил для себя.
— А… она что, с нами будет? — возмутилась Олька, округлив глаза.
— Тебя на двоих не хватит, отдай её мне, — ёрничал Макс, задержавшись на пороге.
— Разберусь как-нибудь, и с тобой, Жужа, я тоже разберусь…
***
Это был лучший сон в его жизни — тёплый, уютный и цветной, совсем как в детстве. Будто на улице лето, за стеной счастливые родители, а рядом… Он давно так крепко не спал, давно так хорошо не высыпался. Хотелось продлить состояние этой тихой, беспечной радости как можно дольше, раствориться в сладкой дрёме и никогда не возвращаться в реал. Но вот незадача — он всё же проснулся и долго лежал, не размыкая глаз, боясь пошевелиться и спугнуть навеянное сном настроение. Слегка потянувшись, он ощутил небритой щекой шелковистость чьих-то волос, коснулся рукой и осторожно погладил, вдыхая ароматы лета и солнца.
Когда ему удалось приоткрыть веки, он долго не мог понять, где находится. Взгляд лениво блуждал в пространстве, подолгу зависая на предметах обстановки. Солнечные лучи играли в витражных стёклах, ветер за окном раскачивал ветви черёмухи, отчего на стенах плясали причудливые пятна. Фил попытался сосредоточиться — на миг ему показалось, что он затерялся в калейдоскопе цветных узоров. А рядом, спиной к нему, разметав серебристые волосы по подушке, спала девчонка. «Блин … Как? Откуда?» — Фил покосился на спящую Ольку и, приподнявшись на локте, заглянул в лицо незнакомки. Мягкий свет рассеивался у изголовья кровати, длинные пряди отливали розовым жемчугом, густые ресницы отбрасывали тени на бледную кожу лица. Приоткрытые губы слегка подрагивали и так и манили к ним прикоснуться. Вздохнув, она шевельнулась, нахмурила брови и, потянувшись, перевернулась на спину.
«Лина!» — внезапно пронзила мысль, и вместе с осознанием действительности воскресли события весёленькой ночи. Фил крепко зажмурился, боясь спугнуть самый светлый, самый удивительный глюк в своей жизни. Через секунду он снова открыл глаза и всмотрелся в нежные черты.
Ресницы Лины дрогнули, веки приоткрылись, и взгляд затуманенных глаз постепенно сфокусировался на нём. Она улыбнулась сквозь сон, будто до сих пор путешествовала в сказочных мирах, и Фил, улыбаясь в ответ, зачарованно замер.
— Филь, я пить хочу, — капризно заныла Олька, разрушив момент хрупкого волшебства. Рука её, точно змея, скользнула вниз по его животу, проникнув пальцами за пояс джинсов. Он тут же поймал её ладонь и крепко сжал, предупреждая дальнейшие ласки.
Лина захлопала ресницами, а на лице промелькнула гримаса ужаса и недоумения. Окинув взглядом лежащую рядом парочку, она залилась румянцем, вскочила с постели и, подхватив кеды, без оглядки вылетела из гостевой.
А Фил подавил порыв подняться и выбежать следом. Всё ещё улыбаясь, он откинулся на подушку и, сложив руки под голову, уставился в потолок.
