Откинув голову и прикрыв глаза, я погрузилась в воспоминания. Если так подумать, то в моей жизни было не очень много любовников, а те, кто был не имели возможности меня подчинить. Я сознательно выбирала партнёрами не зацикленных на серьёзных отношениях мужчин, тех, кого можно было без сожаления бросить.
В моменты передышек я тратила энергию на гонки и сумасшедшие поездки с друзьями, которые всегда заканчивались адреналиновым выбросом. Даже профессию я выбрала опасную.
Чёрт.
Постучав костяшкой по лбу, я вспомнила один из последних разговоров с психологом. Он настоятельно советовал перестать рационализировать эмоции. Отдаться чувствам и позволить себе стать слабой. Но прежде найти того, перед кем можно такой стать.
Снова повернувшись к мужу, я зацепилась взглядом за вздутые под кожей вены и длинные пальцы, сжимающие руль. Рукава лёгкого джемпера были приподняты, так что я легко рассмотрела завитушки тёмных волос. В животе появилось томно-сладострастное чувство. Я представила словно наяву, как эти руки сжимают меня, гладят, обнимают, дарят покой и наслаждение.
Сглотнув, я поёжилась и отвернулась. Раз я могу себе это представить, то мне тем более нельзя влюбляться. Нельзя, вздохнула украдкой. Мой муж не тот человек, которому можно доверить сердце.
— Ты чего притихла? — Кейн убавил громкость и повернулся.
— Ничего. Думаю, — пожала я плечами, стараясь не смотреть на чувственные губы.
Не смотреть.
— Устала? Мы едем почти пять часов, если хочешь в туалет, то можно остановиться у какой-нибудь заправки.
— Всё нормально. Просто давай быстрее уже приедем и поедим, с утра ничего не ела.
— Тут не всё так просто, — стушевался внезапно Кейн. — Вся дорога до места займёт больше времени, чем пять часов.
— А куда мы, кстати, едем? — озарило меня. Он же так и не ответил!
— Не скажу.
— Что за детский сад? — Я состроила гримасу и отвернулась.
— Всё равно не скажу. Это сюрприз. Мы почти приехали в аэропорт.
— Аэропорт?!
— Да, там нас ждёт вертолёт.
— Час от часу не легче, — пробормотала я, потирая шею.
— Да ладно, — рассмеялся муж. — Ты просто расслабься, Лиз. Хотя бы сегодня.
— Я вчера отца похоронила, Кейн. Имей совесть.
— Давай начистоту. — Немного сбавив газ, он съехал на обочину и остановился. — Рома умер. И мне, правда, очень жаль, но жизнь продолжается, Лиз. И он бы точно не хотел, чтобы ты изводила себя, лишаясь удовольствия просто жить. Отец навсегда останется в твоей памяти и сердце, разве не так?
— Так, но траур…
— Траур будет носить твоя мать, — вздохнул Кейн прикуривая. — Но и у неё он когда-нибудь закончится. Жалеть надо живых, Элизабет. Мёртвым уже всё равно.
В этот момент его голос звучал очень печально. Будто, он на себе испытал все горести потери. Может, это по брату он так скучает? Вспомнились слова Тея о том, что Майкл был старшим братом Кейна, а не отцом. А где же тогда его мать?
Спросить об этом я не смогла. Не моё дело.
Муж вышел из машины и немного размялся. Тёмные джинсы обтянули мышцы бёдер, позволяя насладиться эстетикой красивого тела. Что ни говори, но смотреть на задницу Кейна можно долго, очень долго…
— Лиз?
— А?
Оторвавшись от созерцания накаченной спины и перекатывающихся под джемпером мышц, я схватила бутылку воды и выпила залпом половину. Блин, как неудобно-то.
Рассмеявшись, он сел на своё место, больше ничего не спрашивая. Через полчаса наша дорога закончилась небольшим аэропортом. Загрузившись в вертолёт, я отползла подальше от окна и закрыла глаза. Боязнь высоты никуда не делась.
— Посмотри, как красиво. — Тяжёлая рука Кейна опустилась на плечо, но я лишь сильнее вжалась в сиденье и замотала головой. — Эй, ты чего?
— Высоты боюсь, — призналась хрипло я, то и дело сдерживая рвоту — меня ещё и укачало. Славное свиданьице.
— Я не знал. Извини.
Приступ паники всё нарастал. Ещё чуть-чуть и у меня точно начнётся истерика. Что же за день-то такой, а? Стараясь дышать чаще и, опустив голову к коленям, я умоляла собственное тело не предавать меня. Перед глазами мелькнули ноги Кейна в кроссовках. Свидание, чёрт возьми.
Так я и поверила. Сам оделся в джинсы, кроссовки и джемпер, а я тут как белая ворона в платье, на шпильках и с дорогим гарнитуром. Ах да, и с сумочкой.
Сумочкой, мать вашу!
— Не бойся, — раздалось в ухе. — Руки мужа обхватили меня со спины, даря ощущение надёжности. — Всё будет хорошо, ты можешь поднять голову, серьёзно. Такой вид пропускать нельзя.
— Да меня стошнит быстрее, чем я глаза открою, — вякнула тихо, борясь с очередной волной укачивания.
— Лиза, просто перестань бояться. Я здесь, ничего плохого не случится, если ты откроешь глаза. Обещаю.
С трудом разлепив веки, я медленно разогнулась и прищурила один глаз. Солнце ворвалось в кабину так внезапно, что я ахнула — мы летели над каньоном. Красно-коричневые скалы с серым основанием, чахлые кусты вдоль тропинок и солнце. Очень-очень много солнца. Скалы тянулись до самого горизонта, мелькая сквозь марево полудня причудливыми гигантами.
— Как красиво, — выдохнула я, на миг позабыв о тошноте.
