— Наставником генинов и руководителем Школы Шиноби Кири я стал не так давно. До этого мне приходилось охотиться на Учиха, — спокойно ответил я-Кёда. — И еще… Насчет связи Кири и Акацуки. Четвертый Мизукаге был марионеткой некой организации. Мы считаем, что это была Акацуки. И я подтверждаю, что среди них давно имеется Учиха с Мангекьё Шаринганом, который способен контролировать Каге.
— И все-таки Мадара? — пробормотала Югито, неуверенно посмотрев в сторону Увабами. — Он же родился невесть когда. Что он может сейчас, каким бы сильным шиноби не был раньше?
— Даже Цучикаге, который помоложе Мадары будет, уже совсем не тот, что был раньше. И Третий Хокаге помер, встретившись всего с двумя биджу, — сверля окружающих взглядом, заметил Катаги. — Этот Учиха может быть потомком Мадары, который просто присвоил чужое имя. Ты, Орочимару, не похож на юнца, который просто поверит чужим словам. Что ты знаешь еще?
Я тонко улыбнулся прозорливости Йоцуки. Знал я достаточно, но рассказывать все?
— Не хочу портить вам сюрприз.
— Серьезно? — скривился в неприязненной гримасе Катаги.
— Мадара жив и Акацуки следует его воле. Это я знаю точно, — спокойно продолжил я. — Не знаю, хорошо ли вы все помните дела тех лет, но воля Мадары не несет ничего хорошего какурезато и странам. А Акацуки уже состоят из подонков, имеющих немалую силу и способности. И они собирают биджу. Это нужно пресечь.
— Как давно ты знаешь про Акацуки? — немного угрюмо спросил меня Минато.
— Ну, не со вчерашнего дня, — не стал отвечать я прямо.
— Ты ведь что-то делал, чтобы помешать Акацуки?
— Многое.
— Если бы мы были предупреждены заранее, то можно было бы сделать больше, — буркнул Катаги.
— Все мы эгоистичны и решаем свои задачи, — вновь улыбнулся я. — Знание будущего не для всех полезно.
— И не всегда им удается воспользоваться, — горько добавил Раса.
— Вот оно как, — понятливо посмотрев то на меня, то на Расу, произнес Кицучи.
— Ха! И чего тогда ты сейчас добиваешься, если все мы эгоистичны? — тем временем агрессивно задала вопрос Ринго.
— У нас есть общая проблема. Решить ее вместе выгодно для всех, не так ли? — легко ответил я.
— Это будет непросто сделать, раз уж все мы эгоисты, — хмыкнул Катаги. — Какие твои предложения, Орочимару?
— Пока мое предложение — это договориться о совместных действиях, как и в прошлые годы. Нужно начинать с малого.
— Много воды утекло с тех пор, как собирался последний Гокаге, — задумчиво поскреб подбородок Кицучи. — Мир с тех пор сильно изменился. Что-то убыло, что-то прибыло. Нет Страны Ветра, зато есть два Хокаге.
— Не нужно иметь ума палату, чтобы понять, где сейчас Шиноби Годайкоку и в чьих руках сила, — сдерживая раздражение сказал Раса.
— Именно. В чьих руках сила в Стране Песка? — серьезно спросил Кицучи. — В Руках Казекаге? Его жены? Или девок на троне? Если королева что-то решать будет, то хоть сейчас пойдет на поводу у Унии. А то и вовсе сделает свою страну ее час… тью…
Последние слова Кицучи договорил с большим трудом. На его лбу проступила испарина, лицо стало бледным, а глаза нервно забегали. Собственно и остальные шиноби выглядели обеспокоенными. Ринго так и вовсе, оскалив частокол заостренных зубов, вытягивала мечи из ножен, но была остановлена мной-Кёдой. На моего клона мое же собственное
— Ты неожиданно много себе позволяешь говорить, Кицучи, — сконцентрировав духовное давление на шиноби Ивы, сдержанно заметил я. — Успокойся. И заруби на носу — о королеве Роурана в моем присутствии отзываться нужно со всем уважением. Я понятно выразился?
***
— Дела… — крепко сжав ладонь, чтобы унять никак не прекращающуюся дрожь пальцев, протянул Катаги.
— Что делать будем? — нервно расхаживая из стороны в сторону поперек коридора учебного корпуса, коротко спросила Нии.
— Мы? Мы ничего делать не будем, — потянувшись за пазуху за трубкой, ответил куноичи Йоцуки. — Передадим слова Орочимару Райкаге. Дальше ему решать. А пока будем наблюдать, что еще остается?
— Эта девушка, которая была с Расой и не проронила ни слова — я слышала, как киринин обратился к ней, признав частью клана. Это Юки? — посмотрела на старшего Нии. — В Суне была одна Юки — Сора, дочь Орочимару.
— Ага, жена Казекаге, — согласился Катаги, набивая трубку табаком.
— Дочь в Суне, эта реакция на слова о королеве — это же все к одному, да? — поджала губы Югито.
— Кицучи не дурак. Он не зря о королеве заговорил. Догадался, на что надавить, чтобы реакцию Орочимару узнать. Сам нелегко, конечно, отделался… — задумчиво пробормотал Йоцуки.
— Это было то самое
— Ага. Это Белый Змей Конохи, Югито, если ты еще не поняла, — запалив трубку и выпустив облачко сизого дыма, сказал шинобигашира. — Бог-Дракон, чтоб его… Орочимару давно не показывал свою силу. Слухи ходили, что он и вовсе болен, или старость берет свое. Но это могла быть игра, чтобы ослабить бдительность. А сейчас он начинает иную игру.
— Какую?
