Ямата-но Орочи полностью

До ушей донесся слабый свист засасываемого пространственной воронкой воздуха, а через миг его сменил треск пламени. Избавился от кислотного тумана, переместив его в измерение Камуи, и попытался атаковать со спины. Я думал, Обито более любопытен и попытается выяснить что-то еще, продлив разговор. Но он предпочел атаковать. Одновременно с треском пламени за спиной прямо передо мной ледяная глыба треснула, и мне в лицо ударил уже знакомый стоп белого огня. В груди возникло уже знакомое шевеление. Очаг чакры словно взбесился, обрушиваясь сам в себя и выпуская на волю тьму.

Метка Стихии Тьмы была сложной печатью, Кама, так ее называла Утатане. По своей сути печать напоминала Бьякуго но Ин, создать которую можно было лишь установив связь, например, с Биджу или иным могущественным существом. В случае Цунаде таким существом стала Кацую. Доставшаяся мне от Хируко и Данзо печать отличалась от Бьякуго, но у меня она тоже была связана с парочкой непростых сущностей, Роеном и Самехадой. Сейчас они практически растворились в фуиндзюцу. Но и печать Стихии Тьмы, и Роен, и Самехада — все они поглощали чакру с особым удовольствием. И, слившись в едином фуиндзюцу, не утратили своей прожорливой сути.

Пламя техник Обито и Кьюкьёку окутало мое тело, немного мешая обзору. Горячая чакра Катона потекла в меридианы, впитываясь в мою кейракукей, словно вода в иссушенную рыхлую землю. Яркие языки огня с хлопками облизывали кожу, пропадая в ней. Моя рука легла на гладкое лицо высвободившейся из ледяного плена керамической куклы. Белый кукольный лик был словно покрыт глазурью, под ладонью хорошо ощущалась его глянцевая поверхность. Полные губы, широко распахнутые глаза, щели меж идеально подогнанных подвижных частей. Очень качественно сделанная марионетка. Но не основное тело Кьюкьёку.

Керамическая маска под моей рукой треснула. Черепки звонко посыпались вниз, синеватое пламя чакры, впитываемое мною из марионетки, смешалось с гаснущими языками пламени катондзюцу. Погрузив ладонь в расколотую голову куклы, я нащупал гладкую сферу. Показавшись на тусклом из-за полога дыма над Конохой свету, она сверкнула красным. На вид обычный стеклянный шар алого цвета размером примерно с кулак. Но в нем были заключены сотни, если не тысячи душ принесенных в жертву при создании Кьюкьёку людей. Отсюда у этой марионетки такое мощное духовное давление.

Легкое давление на гладкую поверхность шара отозвалось глухим звуком, по телу духовной сферы пробежала сеть трещин. А через миг она осыпалась облаком быстро пропавшей без следа белой пыли. Надеюсь, это как-то поможет умершим. Чувствуя внимательный взгляд на своем затылке, я оглянулся и увидел маячившую неподалеку фигуру Обито.

— О, ты еще не сбежал? Может, ты не такое уж ничтожество.

— У тебя странные силы, но не думал же ты, что сможешь меня ими испугать, Юки Кёда, — прозвучал в ответ приглушенный маской голос.

— Наивность не порок, парень, — вздохнув и разворачиваясь ко второй марионетке, сказал я. — Я не буду унижать тебя жалостью. Скажу только, что я не испытываю удовольствия от того, на что пришлось тебя толкнуть. Но ты выполнил свою функцию. И теперь можешь быть свободен. Хашихиме.

— Какой идиот произносит название своих техн... — презрительные слова Обито застряли у него в горле.

Он с болезненным выдохом повалился на бок, когда одна из его ног внезапно просто отвалилась. Так же, как и успевшая к этому времени восстановиться рука. На черной ткани плаща Акацуки медленно расползалось темное пятно крови. По черной земле начал растекаться кисель из клеток Хаширамы, из которых тело Обито состояло практически наполовину. Могу только предполагать, что именно сотворил с этим парнишкой Мадара, каким именно образом он превратил его в химеру, состоящую из двух разнородных половинок. Но за прошедшие годы Обито успел хорошо сжиться с неродной своей частью. И пусть старые раны были излечены, часть родных систем и органов с тех пор даже, похоже, восстановилась благодаря естественной регенерации организма. Но жить без клеток Хаширамы Обито не мог.

Он состоял из двух половинок, а незримая тень Хашихиме, преследующая меня то в одном клоне, то в другом, умеет разделять половины. И Камуи от нее не могло спасти. Однако совсем беспомощным Обито не был.

— Все-таки сумел сбежать? — пробормотал я, когда тело Обито пропало в пространственном водовороте.

В любом случае, недалеко. Хотя не стоит забывать об Изанаги. У Обито сейчас нет коллекции глаз всего клана Учиха, но восстановить свой единственный глаз он сможет после Изанаги, если ему вернутся клетки Хаширамы. Правда, Обито никогда не был замечен за использованием этой техники.

— Ладно, сейчас есть проблемы серьезнее, — вторая духовная сфера, изъятая из второй марионетки Кьюкьёку, сверкнула зеленью и разлетелась быстро растворившейся пылью.