– Я тоже тебя целую всего… – сказала Анна, а в трубке послышался звук от её поцелуя. Бурцев положил трубку. Тут же он пошёл к администратору оплатить разговор.
«Всё-таки я вхожу в заведомо опасное дело. Кто-то будет знать, что я покупаю краденые автомобили, а это всегда риск, потому что тебя могут предать в сложной ситуации, – подумал Бурцев. Но удивительно большие ожидаемые доходы от перепродажи похищенных автомобилей мутили его разум. – Как от машин отказаться, если мне нравятся почти все молодые женщины, а для женщин почти любой мужчина без денег – пустое место… Я чувствую, что никогда не смогу обходиться близостью только с женой, какой бы распрекрасной она ни являлась… Неужели это свойственно только мне? Не может быть! Наверное, все мужчины одинаковые, но не все так остро нуждаются в женском разнообразии, чтобы идти ради этого на преступление… Всё-таки мой первый незаслуженный срок убил у меня уважение к закону. Какой смысл соблюдать законы, если тебя могут незаслуженно упрятать на восемь лет? Несправедливое правосудие изменило моё сознание нормального человека основательно…» – продолжал рассуждать Бурцев, подходя к администратору за стойкой.
– Привет, Валера! – громко сказала улыбающаяся еврейка. «Как же её зовут? Почему я в первое знакомство её не спросил?» – подумал Бурцев, но спасительно наткнулся глазами на табличку с фамилией и именем администратора на стойке.
– Привет, Роза! Как муксун?!
– Это незабываемый вкус! Ты бы хоть побольше привозил этой рыбы, а то все время по чуть-чуть привозишь. Я распробовать не успеваю её хорошенько, а она тут же вдруг заканчивается.
– У нас она тоже в дефиците, хотя водится только в наших краях. Когда ты ещё раз придёшь ко мне в гости? – понизив голос, спросил Бурцев, неожиданно для Розы сменив тему.
– А у тебя есть ещё рыба? – спросила лукаво еврейка.
– Ещё немного осталось.
– Тогда приду. А во сколько лучше?
– Ты по суткам работаешь?
– Сутки через двое.
– А где ты ночью здесь спишь?
– С двенадцати ночи до шести утра гостиница закрывается, и мы с кассиром идём спать в любой свободный номер в гостинице.
– А если клиенты приезжают с вокзала или из аэропорта среди ночи с забронированными местами?
– Швейцар их запускает в вестибюль, и они все равно до шести утра вон на тех диванах меня и кассира ждут.
– Приходи ко мне за рыбой после двенадцати, когда гостиница закроется, – сказал Бурцев с напускным серьёзным видом.
– Я боюсь к тебе приходить ночью, – улыбнувшись сказала еврейка. – Ты вон какой великан. Затащишь меня в кровать – я и пикнуть не успею, – быстро выпалила Роза и залилась смехом.
– Зато с рыбой будешь, – ответил Бурцев, как когда-то говорил друг Адамов, сохраняя с трудом серьёзное лицо.
– За такое дело рыбы мало, – сказала еврейка, продолжая улыбаться. – Нужен приличный подарок на память.
– Есть подарок и не дешёвый, – сказал загадочно Бурцев, уцепившись за слова Розы. – А что бы ты сама хотела себе в подарок? – спросил Бурцев.
– Какой-нибудь золотой перстень с настоящими камушками…
– Даю тебе честное слово, что ты сегодня вечером получишь такой подарок.
– Тогда зайду обязательно, – чуть покраснев сказала тихо еврейка, не переставая улыбаться.
– Я сейчас по межгороду разговаривал с женой. Сколько с меня?
– Сейчас платить не нужно. Заплатишь, когда будешь уезжать, – сказала Роза.
– До вечера, звезда моя! – сказал Бурцев и пошёл в номер.
«Как без свободных денег можно заманить женщину быстро? Никак… Жизнь стала дорогая, а женщины становятся более доступными… Они всегда первыми реагируют на ущербную экономику в стране… Как мне избежать опасности при работе с чужими людьми? Я же знаю, что зачастую подельники по уголовным делам приносят беду, но без них не обойтись в этом деле. Может, мне позже приехать опять тайком в Горький и пристрелить этого паренька в кепке, чтобы никто не мог меня предать? Нет… Пока в этом нет надобности… Пока у меня преступление не особенно тяжкое при покупке уже украденных автомобилей. Дальше будет видно…» – подумал Бурцев и включил телевизор в номере.
В половине первого ночи в дверь номера Бурцева тихо постучали. Валерий не спал, а смотрел в халате телевизор. Сначала хозяину номера показалось, что он ослышался, но потом тихий стук повторился. Валерий встал и открыл дверь. На пороге стояла еврейка Роза и держала указательный палец прижатым к губам. Её веки сверкали блёстками. Было видно, что девушка потратила значительное время на макияж.
– Тише, – прошептала Роза, и Бурцев беззвучно закрыл за ней дверь. Валерий тут же подхватил гостью на руки и понёс в постель. – Покажи сначала подарок, – громко шипела Роза, улыбаясь и краснея от безуспешного сопротивления. Молодая женщина опасалась, что не сможет противиться могучему и сильному Бурцеву, и он просто изнасилует её, не отдав подарка.
Бурцев поставил Розу на пол.
– Сколько стоит такое кольцо?
