– Да, я женат и у меня маленький сын, а кольцо я прячу в портмоне, как многие мужчины вдалеке от дома… – сказал Бурцев и пошёл помыться. Ополаскиваясь, он вдруг осознал, что пока не хотел бы пристрелить после любви эту девушку. Валерий вспомнил, что ни вчера, ни сегодня не пытался посмотреть её ямочку на шее. «Чем она отличается от всех тех убитых мной женщин?.. Даже жену я, по-моему, мог бы пристрелить после первой близости, если бы случайно встретил её где-нибудь на дороге… Чем одинаковые на первый взгляд женщины могут отличаться друг от друга?.. Меня невозможно убедить из жалости не убивать. Но сейчас я точно знаю, что не стал бы убивать Анжелу. Это не жалость… Близость с достойной женщиной по остроте походит на близость с выстрелом в ямочку менее интересной женщине. Эта дева мне интересна… Моя жизнь становится красочней от одной мысли, что есть такая желанная женщина. Не влюбился ли я?.. Безусловно, нет. Мне только хочется сохранить особое ощущение, которое даёт мне именно она».
– Ты не любишь свою жену. Ты женился на ней без серьёзного чувства… – сказала Анжела, продолжая беззаботно лежать на кровати.
– Я тоже могу про тебя сказать определённо, что ты не замужем… – сказал Бурцев, не комментируя реплику Анжелы о чувствах к жене.
– Да. Я разошлась в прошлом году… Я с дочерью живу у своих родителей. Предки нас любят и это главное… – сказала Анжела и отправилась в душ, придерживая ладошкой сперму Бурцева на животе, чтобы не накапать на пол. – Детки! Идёмте купаться! – крикнула официантка и скрылась за дверью. Что-то было необычное для Бурцева в Анжеле, а что именно – он не мог определить. Анжела осталась до утра. Они любили друг друга всю ночь и только под утро обессилевшие уснули. Коньяк недопитый вчера – остался нетронутым.
В обед Бурцев проснулся первым и был вынужден разбудить Анжелу.
– Любовь моя, я очень сожалею, но у меня дела и мне нужно бежать. Я тебя не прогоняю, если хочешь, то оставайся, а когда уходить станешь, то не забудь ключ передать дежурной по этажу.
– Нет. Я одна у тебя не останусь. У меня тоже есть чем заняться дома. Сегодня последний день отдыха, – сказала Анжела и быстро ушла в ванную комнату привести себя в порядок. Через полчаса первой ушла из номера Анжела, а следом за ней ушёл из гостиницы и Бурцев. Любовники ничего друг другу не сказали о возможной встрече в будущем, потому что после пробуждения на следующий день люди часто не находят тех же слов любви, что вечером, потому что на следующий день всегда приходят отрезвляющие любовников будни: женщины не так заманчивы, как вечером, а мужчины утром не так галантны, как накануне.
На автомобильной стоянке Бурцева дожидался купленный автомобиль. Теперь, глядя на чёрную «Волгу», Валерий определённо знал, что продаст её дома по очень выгодной цене. Весьма заманчиво и привлекательно смотрелась машина, невзирая на двухлетний возраст.
На сервисной станции Виктор Соколкин уже ждал Бурцева. Бригадир ремонтников передал Валерию фиктивные документы на оплату покраски кузова в чёрный цвет и повёл знакомить со своим работником, который имел два похищенных автомобиля. Виктор отпустил паренька с работы, чтобы тот мог съездить с Бурцевым и показать машины. За городом в частном секторе молодые люди подъехали к большому шлакоблочному дому с высоким деревянным забором.
– Сколько времени простояли эти машины? – спросил Бурцев.
– Уже больше трёх месяцев. Все это время мне не только не спится, но и отец меня все время ругает. Он требует, чтобы я освободил гараж от них.
– Почему заказчики их не взяли?
– У одной машины оказалась маленькая вмятина на крыше, а у второй – порог снизу чуточку замят. Если не знать, где вмятины, то никогда не обратишь на них внимания. Сейчас сам посмотришь, – сказал паренёк по имени Николай. На его голове красовалась не очень симпатичная для Бурцева кепка с обшитой материей пуговицей по центру. Такие кепки носила шпана во все времена. Как бывший арестант ни старается скрыть своё прошлое, его легко определить по одежде, манере говорить и по походке. Бурцев сидевших людей узнавал на расстоянии, хотя его самого никто не мог по внешним признакам причислить к клану уголовников. Бурцев, несмотря на отсиженный длительный срок, не преклонялся перед уголовной братвой. Чувствовалось, что Николай недавно пришёл от «хозяина», как говорят про освободившихся из мест заключения людей.
