«Вы ничего не говорите», — заметил тот, другой. «Нет. Мне хочется кричать», — только и ответил Янтарная Ночь. «Ну, давайте, орите. Может, Парижская Богоматерь ответит вам из своего собора. Она и не такое слыхала. Но ей плевать. Потому что она спит, видите ли. Спит крепким сном. Спит на своих прекрасных белых камнях, как в могиле, века напролет. Спит и не слышит нас. А не слышит она нас потому, что мы не умеем с ней говорить, вот в чем дело. Потому что мы даже не умеем смотреть на нее. Смотреть на нее, видеть за толщей всех этих камней, воздвигнутых во имя ее». — «Что вы мне тут рассказываете? — прервал его Янтарная Ночь, наполовину сбитый с толку, наполовину раздраженный. — Бред какой — то!» — «Быть может», — сказал тот. Он умолк на какое-то время, потом заговорил снова, совсем в другом тоне, речитативом: «Не будь дана мне Богом веры благодать, / Стыдился б я себя христианином звать, / Стыдился лоб свой осенять крестом, / Взирая, как глумятся над Христом. / Чем попирать завет Его всем миром, / Вернулся б я к праотческим кумирам. / Молился лунному лучу ночной порою, / А утром — солнцу над землею». — «Сначала проповедь, теперь декламация?» — оборвал его Янтарная Ночь. Тот засмеялся: «Вам не нравится?» — «Нет, глуповато выглядит». — «Вы в этом ничего не смыслите, — спокойно возразил тот. — Вы хоть раз в жизни читали Ронсара? Для меня его „Укоризна народу Франции" не потеряла своей силы, несмотря на изменившийся контекст. Ну да ладно, я нагоняю на вас скуку своими историями, так ведь?» — «Нет, это не скука». — «Тогда что же?» — «Оскомина. Я же сказал, мне от вас выть хочется». — «А мне хочется выпить, — продолжал незнакомец, на которого угрюмый и вызывающий вид Янтарной Ночи, казалось, не произвел никакого впечатления. — Не пойти ли нам выпить по стаканчику в кафе?» — «Почему бы и нет», — согласился Янтарная Ночь, не решавшийся, несмотря ни на что, расстаться с этим говоруном и провокатором. «В какую сторону желаете пойти? Сен-Мишель или Шатле?» — «Куда вам угодно, я тут ничего не знаю. Я тут как на луне».
Тот повел его к Шатле. Идя по Дворцовому бульвару, он на мгновение остановился и, указав на тяжелую массу префектуры полиции, сказал: «Вот куда они хотели попасть. Как раз к этому зданию шли». Янтарная Ночь сразу же отрезал: «Да кто „они“-то? Мертвецы в выходных костюмах?