— Ай! — запрыгала она на одной ноге. — Вот объясни мне: у тебя чемодан с чарами на вместимость. На кой тебе второй сдался?
— Второй? — озадачилась я, а потом вспомнила: — Мэй!
Щёки опалило румянцем стыда, и я ринулась на выход. Я совсем позабыла о Мэй и её чемодане. От мысли, что она могла меня где-нибудь ждать или искать, стало невероятно стыдно, а ещё почему-то страшно от того, что она подумает обо мне что-нибудь плохое.
Оказавшись снаружи, я тут же перегнулась через железную ограду балкончика и стала выискивать Мэй среди множества спешащих на ужин учеников. К счастью, найти её оказалось просто — благодаря своим светлым кудрям она сильно выделялись на фоне других ребят. И одетая в форму ученика факультета поддержки: в точности такую же, как у меня, только с голубыми полосками — Мэй скромно стояла возле одного из диванчиков, осторожно прислонившись к его спинке, и смотрела куда-то правее от меня.
— Мэй! — позвала её и махнула рукой.
Она тут же встрепенулась, заулыбалась и помахала в ответ, а у меня от сердца немного отлегло. Кажется, Мэй на меня не злилась, но я все равно рванула с места, желая поскорее к ней спуститься и, не заметив перед собой человека, в него врезалась.
— Эй! Осторожнее! — поймал меня за плечи и отстранил от себя парень, чей голос показался знакомым. — Опасно бегать по этажам.
Я подняла взор от эмблемы единорога на пиджаке и встретилась со взглядом строгих зелёных глаз. Да и сам парень показался мне строгим, особенно с нахмуренными бровями. В его чуть длинном лице чувствовалась некая важность, которую не могли разбавить слегка растрёпанные светло-русые волосы. И белладонна меня побери, спорить с таким точно нельзя, однако судя по тому, как преобразилось его лицо, когда раздался ещё один голос, можно попробовать найти компромисс.
— Что тормозим, Лекс? — рядом показался тот самый парень, который помогал мне остановить взбесившийся чемодан.
Сейчас он, конечно, выглядел, как и все ученики Академии: в тёмно-синей форме с… хм… красными полосками и эмблемой сокола на груди. Вот только если Лекс был весь подтянутый и притянутый — казалось, что даже галстук его вот-вот придушит — то этот явно любил свободу и вольности. Галстук ослаблен, воротник белой рубахи на две пуговицы расстёгнут, лёгкая щетина всё так же осталась на его щеках, волнистые чёрные волосы собраны в небрежный хвост… А губы растянула радостная улыбка.
— Ба-а-а, да это же чемоданчик!
— Чемоданчик? — не понял Лекс.
А я попыталась натянуть на глаза шляпку, которой на голове не оказалось. Так спешила, что поспешила и забыла её надеть.
— Уже забыл? Я тебе рассказывал про первогодку, которая в одиночку пыталась остановить сбрендивший чемодан Хоста. Тогда ни одна трусливая задница с места не сдвинулась, а она поступила как герой! — хлопнул он Лекса по плечу, а мне подмигнул. — Так что не смей ругать героя, — он опустил взор на мой пиджак и его тёмные брови взметнулись вверх. — Тем более с моего факультета…
У Лекса мигом морщинка разгладилась меж бровей, а лицо посветлело от осознания. Мне же от такой чести нести звание «героя» захотелось провалиться сквозь землю. Я смущённо отвела взор и… увидела, как в сторону Мэй направляются Аника и Силика, за спинами которых был Шкаф. Зная везучесть Мэй, я забеспокоилась — тревога кольнула сердце.
— П-прошу меня простить, — выдавила я кривую улыбку, развернулась на каблуках и бросилась ко второй лестнице (слава белладонне, их две), а вдогонку мне прозвучали слова:
— Эй… Эй! Погоди! Имя хоть назови!
Но я даже не оглянулась. Приходилось лавировать между учениками, чтобы в спешке ещё с кем-нибудь не столкнуться. Кого-то мне удавалось миновать без проблем, а кого-то я задевала плечом и получала вслед упрёк, но мне было всё равно, потому что я старалась видеть происходящее у диванчика напротив камина, но то и дело перед глазами маячили люди. Это как… Как едешь в карете, смотришь в окно куда-нибудь вдаль, например, на поле, где пасутся коровы, а мимо проносятся стволы деревьев, на миг загораживая картинку. То же самое было и здесь.
Вжух — мимо промелькнул ученик, а между Мэй и сёстрами осталось не больше двух шагов… Вжух. Вот они говорят. Вжух… Я уже спускаюсь по лестнице, а Мэй стоит ко мне спиной и задумчиво смотрит вслед покинувшим башню сёстрам и Шкафу за их спинами.
— Эй, Мэй! — почти подбежала я, а она вздрогнула, явно не ожидая, что я зайду с другой стороны, и обернулась:
— Ох, Лав! И напугала же ты меня…
Я поискала в её лице признаки обиды или разочарования, но даже намёка не нашла, что её могло что-либо расстроить. А Мэй перестала держаться за сердце и одарила меня светлой улыбкой.
— Фух! Наконец-то ты здесь! Думала, от тоски помру…
Мои щёки потеплели от смущения.
— И… И давно ты ждёшь?
— Может час, два или больше, точно не помню, — совсем смутили её слова.
Я опять попыталась спрятаться за полами шляпки, но вовремя опомнилась, что её нет.
— Мэй, ты прости меня. Я совсем забыла о твоём чемодане…