Снефрид шагнула вперед, и парящая над источником роса пронзительно-холодным облаком окутала ее лицо. Протянула руку, взяла руку фюльгьи – белую, слегка влажную, мягкую, безвольную, не теплую и не холодную, по ощущениям схожую с лепестком цветка в тени. Потянула на себя, и фюльгья послушно двинулась за ней. Снефрид перетащила ее через белые камни и поставила на зеленую траву возле себя. При этом мельком заметила, что окружена широким кольцом кустиков цветущей сон-травы – белой, голубой, розовой, светло-желтой. Цветки и стебли были покрыты каплями воды, отчего пух под лепестками густо серебрился. Откуда они взялись, ведь когда Хравнхильд и Снефрид сюда пришли, никаких цветов не было?
– Ты пойдешь со мной! – на всякий случай строго сказала Снефрид фюльгье.
Та слегка кивнула, не поднимая глаз. Уже хорошо, если она слышит и слушается. На вид она была как молоденькая, лет пятнадцати, девушка, с очень длинными и густыми светлыми волосами – что обличало ее большую жизненную силу, – с миленьким личиком. Чудно было видеть, что у Свенельда имеется столь женственная часть души, но ведь фюльгья и есть «жена-двойник», которая живет в душе каждого мужчины. Ее молодость и миловидность были добрым знаком, обещавшим владельцу счастье в жизни, и Снефрид порадовалась своему успеху.
– Держи ее крепче! – велела Хравнхильд.
Снефрид снова вцепилась в руку фюльгьи. Туман сомкнулся вокруг них плотной стеной, твердь под ногами растаяла, и Снефрид скользнула куда-то вниз – впрочем, довольно плавно. Две заботы вытеснили страх – не выронить жезл и не потерять фюльгью. Жезл она крепко сжимала в правой руке, а левой обхватила фюльгью за талию и прижала к себе. Так они и летели, ветер бессовестно забирался под подол и сколько хотел там шарил… Стало темнеть. Снефрид снова испугалась было, но заметила среди этой тьмы крупные звезды – будто намолоченное зерно, разбросанное по току.
Под ногами появилось нечто твердое. Покачнувшись, Снефрид обрела равновесие, огляделась и поняла, что стоит на берегу Волхова. С одной стороны блестит вода широкой реки, с другой – чернеют ивы. Луна почти не передвинулась.
Фюльгья была рядом с ней – все в том же виде молоденькой девушки с длинными распущенными волосами.
– Свенельд! – в тревоге окликнула Снефрид.
При этом имени фюльгья резко подняла голову, ресницы ее затрепетали.
– Я здесь! – отозвался знакомый голос, и темная фигура шагнула к ней. – Куда ты пропала?
Не зная, что дальше делать, Снефрид подтолкнула к нему фюльгью. Но та и сама уже услышала родной для нее голос. Глаза ее широко открылись и засияли, на юном лице вспыхнула улыбка.
Раздался возглас – Свенельд ее увидел.
– Вито! – с величайшем изумлении воскликнул он. – Ты как здесь…
Фюльгья уже спешила ему навстречу. Сделав несколько торопливых шагов, она бросилась ему на шею, обвила руками, потянулась и страстно поцеловала. И… пропала – слилась с ним полностью, втянулась внутрь человеческого тела.
Только сейчас Снефрид опустила жезл и немного перевела дух.
– Что… – чуть погодя донесся из тьмы голос Свенельда. – Что это было?
– Твоя фюльгья вернулась. Как ты чувствуешь теперь… что с тобой?
– Мне показалось, тут моя… А знаешь… – Свенельд прислушался к себе. – Как-то на сердце повеселее стало. Такая была тоска… будто камень. А теперь нет ее.
– Мы вернули твою фюльгью! – Снефрид с облегчением выдохнула. – Теперь твоя удача вновь с тобой.
– А как же… Унева? – Свенельд оглянулся через плечо.
Снефрид тоже глянула ему за спину, но черной тени больше не увидела.
– Она будет возвращена в свой род. Мы заключили договор.
– Кто – мы?
– Я и моя диса. С норной Урд.
– Ну я и в дружину попал… – пробормотал Свенельд. – Такого даже Мирава не умеет.
– Кто это?
– У нас в доме женщина одна, тоже та еще чародейка. Но чтобы с дисами дружбу водить… Ладно. Пора мне к своим. Меня дренги ждут вон там, за теми ивами.
– Что ты им сказал?
– Ну, что… – Свенельд ухмыльнулся. – Что я мог сказать? Что если женщина желает со мной наедине повидаться, они мне тут не нужны!
Снефрид фыркнула. Только бы до Хлёдвира не дошло!
– Ну, знаешь! – Свенельд подошел к ней вплотную, и при свете луны она снова увидела его лицо. – Если ты вернула мою удачу… я тебя до Силверволла на руках отнесу!
Снефрид засмеялась. Свенельд наклонился и быстро поцеловал ее, а потом пошел к дальним ивам.
Даже двигался он теперь как-то иначе, походка стала бодрее, в ней сказывалось хорошее настроение. Снефрид смотрела ему вслед: кажется, ей только предстоит узнать, что за человек он на самом деле, освобожденный от порчи. Он быстро исчез в сумерках, и как он уехал, Снефрид не услышала, сколько ни вслушивалась в звуки ночи.
Поход к источнику Урд уже казался сном. Но если ей и правда удалось вернуть Свенельду удачу, потерянную на тропах кровной мести, то тем самым она обеспечила и себе успех дальнейшего пути.
А что вышло – станет ясно уже на днях.
– О боги, что это? – Разглядев впереди Хольмгард, Снефрид в испуге встала на ноги. – И здесь какая-то война?
